Падший

Те, что стоят достаточно далеко, пытаются скрыться в тени, однако многие начинают тлеть и вспыхивают на месте, их одежда моментально обращается в пепел.

Селина ждет, пока все до последней твари не превратятся в горстки пепла. По щекам у нее текут слезы, и запах горящей плоти разносится по ветру.

Она падает на снег, ее руки покрыты ожогами.

Селина

Когда Селина открыла глаза и села, ее охватила паника. Та самая паника, которую она ощущала в больнице после того, как на нее напали в соборе Сен-Луис в ночь празднования Марди Гра.

Первое, что она заметила, это свет. Несмотря на то что солнце, похоже, уже клонилось к закату, окно было залито бледным, теплым светом. Солнечные зайчики метались по комнате, поднимаясь к сводчатому потолку. Селина никогда не видела кровати больше той, на которой она сейчас лежала. Изголовье в виде переплетающихся лоз было вырезано из бледной древесины, которая пахла кедром и специями. Покрывало на ощупь было мягким, словно облака. А саму комнату наполнял едва уловимый аромат жимолости и цитрусов."

"С первого взгляда Селина поняла, что подобные покои невозможно найти в мире смертных. И тут же все недавние события промелькнули у нее перед глазами. Она сглотнула, с ужасом вспоминая нападение ламиаков и их истошные предсмертные вопли. Запах сгущающегося тумана земель Сильван Вальд ударил ей в ноздри, пробегая холодком по позвоночнику.

Задрожав, Селина натянула мягкое покрывало до самого подбородка.

Что-то зажужжало рядом, опять ее перепугав. Крошечная крылатая феечка появилась перед Селиной, рассматривая ее и бормоча что-то себе под нос на незнакомом языке. Затем она вылетела через распахнутое окно – явно, чтобы доложить об увиденном.

Селина снова в Сильван Уайль. Одного только солнечного света было достаточно, чтобы догадаться. Она в тепле и безопасности. Никакие ночные твари не выскользнут больше из тени и не причинят ей вреда.

Селина рухнула обратно на подушки и выдохнула. С дрожью она вспомнила о том, что золотой шар обжег ей руки. Она снова села, чтобы рассмотреть ожоги. Ее ладони должны выглядеть жутко. И тем не менее она не нашла ни единого следа от огня. Кончики ее пальцев пахли травами, словно ее раны кто-то обработал каким-то снадобьем. Селина потянулась, ожидая почувствовать боль.

Ничего. Как будто все раны зажили во время сна.

Кто-то постучал в дверь.

– Войдите, – сказала Селина, снова натянув покрывало повыше.

Вошел Бастьян. Один.

Селина сильнее сжала свое покрывало.