Падший

 – Что-то мелькнуло в ее темных глазах. – Чтобы надеяться на лучшее будущее в равной степени как для фейри, так и для этириалов.

Селина даже не подозревала, что именно это ей нужно было сейчас услышать.

– Я бы тоже этого хотела, – пробормотала она. – Очень сильно.

Ее мать махнула правой рукой в сторону одной из двух фигур, безмолвно стоящих позади Селины. Селина обернулась и увидела Бастьяна, засунувшего руки в карманы и наблюдающего за происходящим с отстраненным выражением. Арджун тоже молчал, дежурно улыбаясь, но в его взгляде сквозила настороженность.

– Себастьян Сен-Жермен, – начала мать Селины. Взмахнув белыми юбками, она подвинулась ближе к Селине и взяла дочь за руку. За ту самую руку, которую не так давно сжимал Бастьян. – Я благодарю тебя за то, что сдержал данное слово и привел мою дочь ко мне по ее доброй воле.

Данное… слово?

Селина нахмурилась. Получается, он пообещал привести ее сюда? Но зачем?

Бастьян никак не отреагировал, но глаза Арджуна с тревогой распахнулись шире.

– Селина, – сказал он, – моя госпожа имеет в виду, что…

– Согласно заключенной нами ранее сделке, – прервала его мать Селины с многозначительной улыбкой, – Себастьян Сен-Жермен и Арджун Десай получают мое разрешение на путешествие по Летним лесам Сильван Уайль до Зимней пустоши Сильван Вальд. Моя дочь останется со мной здесь.

Неужели Бастьян… использовал Селину, чтобы получить что-то от правительницы Сильван Уайль? Он сделал это ради личной выгоды?

Потому что все сейчас выглядело именно так.

Селина уставилась на Бастьяна, сжав губы в тонкую линию. Ее лицо напряглось, чувство, что ее предали, начало разрастаться внутри. Мать обняла Селину, и Селина отреагировала на материнскую ласку, не задумываясь. Легко. Слишком легко.

И тут ее осенило, резко, точно ее внезапно окатили ведром ледяной воды. Было ли чистым совпадением то, что мать Селины сделала и сказала ровно то, что Селине хотелось увидеть и услышать? Куда же внезапно исчез весь гнев? Ведь поначалу она так сильно злилась. В какой-то момент в ее мыслях вообще не было ничего, кроме гнева.

И тут подозрения зародились в душе у Селины. Ее мать – волшебница. И Бастьян и Арджун, оба сказали, что этот мир смертельно опасен. И как раз перед тем, как они втроем вошли в этот лесной дворец, Арджун ясно намекнул: им троим нельзя разделяться, пока они здесь.

Первым желанием правительницы Сильван Уайль было сделать именно это. Разлучить их.