В теле пацана. Книга 2. Взрослые игры

В мозгу долбит мысль — я замедлил каким — то образом время! И сейчас нужно приспособить тело к таким условиям, дать ему скорости. Хоть какой — то, иначе потеряю её. «Кошак» сильно увлёкся! А дурочка слишком сильно любит меня.

Вкладывая всю злость, прорываю вязкую массу и начинаю двигаться быстрее. Ноги переставляются с таким усилием, будто они весят под сотню килограммов, руки тоже! Но я с каждым ударом сердца всё больше прохожу и преодолеваю. Но это значит, что двигается и клинок противника к моей Нелли!

Давлю корпусом изо всех сил, и хочется уже обосраться от натуги. Но я прорываю незримую плотность, стремлюсь руками сильнее и сильнее. Ближе и ближе! Вот уже поравнялся с противником. Подныриваю под губительный клинок! А он, сука такая, приближается к шее Нелли. Какие — то сантиметры остаются! Кричу беззвучно, руку вверх тяну! Твою мать, как медленно идёт! Сердце долбит ещё быстрее и меч ускоряется!

Тем временем и Имира уже близко. Ничего себе, она ускорилась. Но всё равно не успевает на полметра!

Устремляю клинок поперёк лезвия противника, давлю из последних сил. Ощущение такое, что можно в такой незримой жиже и по воздуху взобраться. Мой катана встречается с тесаком! И я давлю по направлению выше, изменяя траекторию! Почему — то идёт легко, поднимается прямо на глазах. Видимо, за счёт скорости в реальном времени. Выдавливаю тесак выше макушки. И вижу, что мой катана начинает вгрызаться в его клинок! Входит, как в масло.

Вроде успел. И сердце ноет от боли, трепыхается. Похоже, этот чудо — рывок подошёл к концу.

Звук наплывает внезапно! С пронзительным звоном! Криками! И визгом Имиры! Мир резко приходит в движение, а незримые оковы моего тела рассыпаются в долю мгновения. Лезвие противника отлетает в сторону отрубленное и с отчаянным лязгом бьётся о камень. Фелис проворачивается, как волчок вперёд. Сам я чуть ли не врезаюсь в Нелли, но успеваю увернуться, придержав и её под локоть. Мимо меня пролетает ещё клинок суккубки. В последний момент она успела чуть изменить траекторию. И теперь с противным лязгом он скользит по моему выставленному блоку. И здесь бы я успел, милочка.

Имира приземляется, тяжело дыша, и скорее с испуга. Глаза — щёлки огненные ошалелые вгрызаются в меня. Суккубка смотрит, как на исчадие ада.

— Как ты это сделал?! — Вырвалось из Имиры отчаянное.

Похоже, когда мы бились с ней, она поняла, что телепортация моя не осуществима туда, где стоит другой человек, я могу только в свободное пространство. А здесь его и в помине не было.