Брат ответит

Но и разговор не забывал направлять в нужное мне русло.

С сочувствием выслушал жалобы на сыновей. Особенно сердита женщина была на старшего:

— Заставил меня подшиться, подлец! Говорил — для моего блага. И в чем оно, это благо? С инвалидом безвылазно сидеть?

— Но Федя ведь только на работу ходит!

— Какое там! И в кабаки, и по бабам! И на ночь может. Недавно вообще на сутки уезжал. А у меня, когда Ярика слишком много, давление поднимается.

На кухне висел календарь с пушистым котиком с бантиком и в корзинке.

Мы прошлись по датам и выяснили: на целые сутки Федор уехал как раз вечером того дня, когда в Москве расстреляли инвалидов. А потом вновь отсутствовал, тоже почти двадцать четыре часа. В день его возвращения во Владимирской области обнаружили тело Долматова.

Логично было предположить, что именно Федор с Филом ездили в Псков убивать Ольгу. И они же (кто-то один или вместе) грамотно обработали отца погибшего Костика Кулаева, художника-аутиста. Выдали ему всю информацию: в какой больнице Ричард, на каком этаже, номер палаты сказали. Мужчина (арестовали его в Турции) не отрицал, что убил. Но подробно рассказал, как в баре к нему подсел некий молодой человек и, на пьяную голову, накрутил: американец, мол, был в сговоре с Леней, специально уничтожает наших детей… Адвокаты несчастного отца не сомневались, что докажут состояние аффекта. Мои источники в полиции тоже считали: Кулаеву дадут от силы пару лет.

А Дорофеев, вероятно, решил: «Знает один — знает один. Знают два — знают двадцать два». Он боялся, что Долматов может заговорить, его сдать. И убрал свидетеля. Убил своего друга.

У полицейских наверняка имелись доказательства. Записи с видеокамер, отпечатки пальцев, результаты экспертиз. Но я мог прижать Федора только показаниями матери.

Ну, и еще видел: мачо-паркурист, предмет Римкиного вожделения, откровенно нервничает.

* * *— Римма, — попросил Павел, — уведи, пожалуйста, Ярика.

Молодой человек не сопротивлялся. Послушно протянул девушке руку, вышел с ней вместе из гостиной.

Синичкин остался с Федором один на один. Тихо спросил:

— Тебе Ольгу не жаль было?

Дорофеев-старший взглянул затравленно. И даже не попробовал отпираться. Тяжело вздохнул:

— Жаль. Но она дура. Стала нам угрожать. Говорить, что все вспомнила. Что сдаст с потрохами. Сама виновата.

— Как вы ее нашли?

Попытался улыбнуться издевательски, но вышло грустно:

— Вашей Римме скажите спасибо. Я у нее выяснил: Ольга в Прасковичах, у жениха Георгия Климко.