Академия чаросвет. Отражение

А когда оторвались друг от друга, башня ровно гудела, как чаромобиль, который наконец завели.

— Посмотрим, что получилось? — предложил Бас, сплетая пальцы с моими.

***

Колокольчики на террасе взволнованно зазвенели. Фелиция приподнялась в кресле-качалке, распахнула глаза. Курчавые барашки облаков, безмятежно бредущие по небу, заволновались, сбились в тесное стадо и, развернувшись, помчались в другую сторону. Деревья вздрогнули и покачнулись, стряхнув розовые лепестки. Фелиция вскочила, ухватилась за перила и едва устояла на ногах от внезапного порыва ветра. Ее волосы разметало, прическа превратилась в форменный стог, а колокольчики трезвонили настоящим набатом.

Перед глазами замелькали яркие картинки нового будущего, и Фелиция, запрокинув голову к небу, рассмеялась.

***

Внезапный вихрь поднял тучу песка, заслонив и войска, и город Альваро, и даже небо.

— Назад! — скомандовал Артирес. — Уносите раненых!

Песчаная буря стирала недавнюю битву, пряча и пятна крови, и неподвижные тела. Опрокинула боевую машину, забытую котами Тибальда, пришпорила лошадей, на которых удирали остатки войск красных псов.

— Что за напасть! — сердился Вьер и ожесточенно тер глаза. — Арти! Арти!

— Я здесь, — Артирес схватил командира за локоть, помогая ему подняться.

Пустыня бушевала, заслоняя небо, словно бог посмотрел вниз и увиденное ему не понравилось.

— Мы победили? Откуда ветер? Ничего не понять! — бурчал Вьер, пока они отходили к городу.

Буря улеглась так же внезапно, как началась. С белых стен Альваро почти не было видно следов битвы: кое-где торчали забытые флаги, остов боевой машины напоминал скелет давно умершего животного.

Воины вытаскивали из-под заносов раненых, не разбирая принадлежности к дому, и к воротам Альваро протянулась цепочка носилок.

— Ты не туда смотришь, — окликнула мужа Лорейн и, обхватив его подбородок, заставила повернуть голову к Сумеркам.

Раньше горизонт темнел траурной каемкой. Теперь он мерцал золотом.

***

Оракулы стояли перед великим полотном судеб, наблюдая, как на нем появляется узор нового мира.

— Значит, все-таки птица, — хмыкнул старик, поглаживая пышную белую бороду. — И черный пес, куда без него.

— Выглядит миролюбиво, — с надеждой произнес молодой.

— Зубы вон торчат, — угрюмо добавил третий с заметной проплешиной на седой голове. — Такого только тронь.

— С ними все понятно, но что там делает рыжий кот? — удивленно заметил старый.