Академия чаросвет. Отражение

— А ты — мою жизнь! — выкрикнула Найрин. — Ты забрала мою судьбу!

— И ты решила вернуть свое? — поняла я.

— Так и есть, — подтвердила Найрин, быстро глянув на кошку, тело которой сжалось, как пружина: стоит чуть отпустить — выстрелит. — Я возвращаю свое. Себастиан мой.

— Я его судьба, — возразила я. — Его фатаруг.

— Ты — сумеречная грязь, — выплюнула она, и кошка утробно зарычала. — Ты ничто без Себастиана. Ты лишь его отражение. Зеркало, которое я разобью.

Я положила ладонь на колючий загривок твари. Страха больше не было. Но пусть Найрин расскажет, как можно больше.

— Кривое зеркало, — разорялась она. — Ты вернешься туда, откуда пришла. Я теперь фатаруг!

Шарик под потолком постепенно гас, как будто сил Найрин едва хватило на жалкого светлячка.

— Ты что-то начаровала, — догадалась я. — Но что с твоим чаросветом? Ты как будто погасла. Бледная как тень.

— Тень — это ты, — брезгливо напомнила она.

— Я просто подумала, что могла случайно разрушить твой ритуал, — задумалась я. — Понимаешь, я нашла твою помаду, представила, как ты крутилась перед зеркалом в спальне Баса, что-то там замышляла, и все это во время нашей помолвки. Я так разозлилась!

— Что ты сделала? — хрипло спросила Найрин, и светлячок под потолком окончательно потух.

— Я разбила зеркало, — призналась я. — То самое, в комнате Баса. Это ведь ничего?

Найрин побледнела еще сильнее, и ее лицо в наступившей темноте показалось слепленным из снега. Черты словно таяли, расплывались, а глаза темнели как два колодца без проблеска звезд.

— Ты… — выдохнула она и неосторожно шагнула не назад, а вперед.

Пружина разжалась. Узкое тело кошки выстрелило вперед прежде, чем я успела ее остановить. Острые шипы разодрали ладонь в кровь.

— Стой! — выкрикнула я. — Фу! Брось!

Найрин жалобно закричала, а полог тьмы позади разбился, рассыпаясь осколками, и к нам рванула еще одна тварь ночи. Кошка шарахнулась в конец коридора, угрожающе взвыла, а передо мной, широко расставив лапы, встал черный пес. Шипы на его загривке угрожающе поднялись, поджарые бока задрожали от напряжения. Я как будто и правда попала в кривое зеркало. Когда-то такой пес чуть не убил меня, а теперь защищает.

— Ты в порядке? Ты кричала? Откуда кровь? — Бас появился рядом, обнял меня, ощупал, поднес к губам оцарапанную ладонь, и та замерцала от быстрых поцелуев.

Элма прорвала защитный полог чуть позже, и я шикнула, когда ладонь запекло от целебных чар.

— Там Найрин, — сказала я. — Она пыталась натравить на меня кошку.