Измена. Простить, отпустить, отомстить?

Ни единой фотографии с тарталеткой с черной белужьей икрой не должно была просочиться в прессу. Достаточно тех с утреннего приема в клинике, которые мы разрешили снять. Настоящий прием настоящих больных начнется только завтра, и об этом уже в интернете не напишут. Как не напишут и о нашем скромном ужине с шампанским, салютом и Лепсом в качестве приглашенной звезды.

Ненавижу Лепса. И все остальное тоже ненавижу.

Прикрыв глаза, я досчитала до пяти. Хотела немного прийти в себя и только потом открывать тяжелую дубовую дверь, но меня опередили.

На входе стояли два работника в золотых ливреях и громко объявляли имя пришедшего. Один считывал его со скрученной в рулон бумаги, другой трубил в горн. Боже, какая пошлость…

И как не вписывается сюда Тимур. Что в сером костюме, что в черном, что в бриллиантовом в крапинку.

Просто потому что Тимур живой, а все эти… нет.

- Мам, ну ты даешь, - Никита, ждавший меня внизу, чмокнул меня в лоб и с удивлением осмотрел: - ты не заболела, не? А то на температуру похоже. Ну ладно, только ты давай, завязывай со своими диетами, а то на тебе лица нет. О, Томик гномик, вот ты красотка, Кардашьяны нервно плачут. Мам, пошли, у нас вип стол, там скучно и не наливают, короче полный отстой. - Он подхватил сестру на руки и понес вперед, оставляя меня одну. Через три шага Никита обернулся, чтобы убедиться, что я не потеряла их. – Ну, пошли же, все нас ждут. – И вспомнив что-то, он нахмурился: - А где наш лысый?

Я сжала челюсть. Подбородок дрогнул, и чтобы не заплакать пришлось прикусить себе нижнюю губу.

- Ну и ладно, ничего интересного он не пропустит. Потом в караоке Лепса споем, и то веселей будет.

Сын поднимался по лестнице, одной рукой придерживая Тамару, второй меня. И я была благодарна ему за это. Если не Никита, я бы уже давно упала.

- Настасья, - пропела мама, когда увидела меня с детьми.

Она сделала знак официанту, тот расправил перед моим блюдом салфетку и отодвинул стул. Судя по близкому расположению к сцене, у нас и правда были вип места. Когда начнется программа, мне достаточно просто протянуть руку, чтобы потрепать Григория Викторовича по щеке – наш стол стоял впереди остальных и очень выбивался из ровного ряда таких же круглых столов.

Я поздоровалась с мамой, папой, похвалила платье бабушки. Вопреки дресс коду она разумеется надела красное. Сдержанно улыбнулась свекру и села рядом с Савранским, ведь именно там стояла моя карточка.