Вторая Отечественная

Бежать? А как же Любава, как же задание Флоки?! И что со спасенной от расправы девушкой? Хватит ли ей ума отползти в сторону, после чего свалить как можно дальше от места схватки, от немцев, способных отыграться на невинной жертве за потери?! Или потеряв сознание, она по-прежнему валяется на земле у крыльца?

– Ну что, Флоки, не видишь, прижали меня? Может, хоть немного поможешь мне спасти девушку, а?!

Абсолютное молчание ИР в ответ. Словно все увиденное мной в отключке было лишь бредом воспаленного разума на фоне сотряса, но я хотя бы попытался… Однако на смену унизительной мольбе перед порождением наших же программистов на язык словно сами собой легли слова древнего, двадцать шестого псалма – слова, прошедшие сквозь тысячелетия:

– Господь, просвещение мое и Спаситель мой, кого убоюся? Господь Защититель живота моего, от кого устрашуся? Внегда приближатися на мя злобующым…

Как всегда, это бывает в моменты наивысшего духовного напряжения, когда все сторонние мысли отсеиваются, будто ненужная шелуха, слова горячей, идущей от сердца молитвы тут же находят отклик в душе, притупляя страх и отчаяние. И практически сразу откуда-то извне приходит спокойствие и уверенность в том, что все сложится именно так, как нужно – словно я уже получил незримый ответ на свою мольбу…

Приободрившись и взяв себя в руки, я начал действовать – прежде всего, сменил обойму на свежую пачку патронов. После чего пополз от колодца в сторону близлежайших деревьев, постаравшись выбрать маршрут так, чтобы линия моего движения от австрийцев была все время скрыта дубовым срубом. Так есть хоть какой-то шанс, что не зацепят даже случайной пулей-дурой…

Мысль уйти от врага короткими перебежками я отбросил практически сразу – увы, без кителя защитного цвета мой голый торс даже в ночи будет вполне различим и как минимум укажет врагу направление моего движения.

А мне сейчас нужно очень постараться отползти незамеченным как можно дальше…

Мой маневр не вполне удался – я сумел отползти от колодца самое большое метров на пятнадцать, когда солдаты охраны добрались до околицы села и принялись стрелять по срубу с флангов. Но мне повезло – сосредоточив внимание на колодце, немцы не заметили моего движения, так что я благополучно дополз до грунтовки, ведущей в поселение, и залег в неглубокой промоине.