Отдай мне сына (СИ)

Вопреки ее козням и играм, было то, что сыграть невозможно. Притяжение… сильное, невыносимое, оно ломало и сокрушало все на своем пути… и оно не могло быть односторонним.

Прошло два года, боли, ожидания, страданий, писем, встреч. Все вернулось… и нет, все изменилось. Она приходила чаще, писала постоянно, она стала ласковей, но так и не ответила ни на один мой вопрос.

— Знания убивают, Ворон. А я хочу, чтобы ты жил, — эту ее фразу, которую она неоднократно повторяла, я запомнил навсегда.

Это она меня убивала… дарила надежду и тут же отбирала… Заставляла жить на адском вулкане, без шанса на спасение.

Выше моих сил, за гранью было отказаться даже от мучительных встреч. Пусть вечные пытки, но с ней, ради нее. Всегда.

Так не бывает!

Любовь уничтожала меня, мою личность. Хоть и делала сильнее, заставляла выгрызать свое место под солнцем.

А потом Василиса исчезла. Она перестала писать. Приходить. Полгода тишины…

Если я думал, что жил в аду, как же я ошибался… Мой настоящий ад начался без нее, без вестей, взглядов, весточек… Таяла надежда, тревога раздирала на части, я чувствовал как распадаюсь на атомы и молекулы чистейшей, ничем неразбавленной боли.

Неизвестность — худший палач. Она пытает изощренно и медленно. Приходит момент, когда ты готов все отдать лишь за одну крупицу информации.

Я получил, чего так отчаянно жаждал. Информация оказалась в руках у Славы. С ней мы не теряли связи, поддерживали общение. По странной прихоти судьбы Слава оказывалась всегда рядом и именно в тот момент, когда в ней больше всего нуждались.

Только вместе с помощью она несла и проблемы. Славка тоже затягивала в свои сети интриг. Опутывала так, что без потерь не выбраться. Только наши сети были взаимовыгодные. У меня были рычаги давления на змеюку, я хранил очень много ее тайн. Потому как ни парадоксально это звучит, у меня были причины ей доверять.

— Тебя можно поздравить, — заявила, когда я переступил порог.

— Шутить изволишь? — уселся на стул, сцепил руки в замок.

— Нисколько, — цокает языком.

— Выкладывай, — душу уже сдавливает колючая проволока. Чую, что-то грядет.

— Скоро ты станешь папочкой…

Глава 25

— Я? Мой ребенок? Ты серьезно? — задаю вопросы, а в голове пустота.

Чувствую себя героем идиотских мультфильмов, которому по голове заехали чем-то тяжелым и у него перед глазами звездочки летают.

— Не ребенок. Девочка и мальчик, — Славка хитро щурится.

— Василиса беременна? — смотрю на нее и ничего перед собой не вижу.