Ребёнок от босса

— В «Жаре» только один Ангел, – пожимает плечами девушка, называя мой сценический псевдоним.

Это идея Инессы. Ей показалось забавным просто сократить мое имя. Вот Ангелина и стала Ангелом.

Среди плотных бутонов замечаю небольшой конвертик с золотой канвой.

Когда глаза пробегают по единственной написанной фразе, я испуганно прикусываю губу.

« Просто хотел напомнить, что я рядом…»

Пальцы начинают мелко дрожать. Мне кажется, еще чуть-чуть и я словлю самую настоящую паническую атаку.

- Ну, что там? – глаза Ленки горят любопытством.

Почти насильно растягиваю подкрашенные нежно-розовым блеском губы в дрожащей улыбке. Улыбка не искренняя. Она противоречит отражению страха в моих глазах.

- Ничего особенного. Банальщина, – шепчу почти еле слышно, отправляя записку в дальний ящик стола.

Пытаюсь взять себя в руки, уговаривая, что это чья-то злая шутка. Он не мог меня найти в таком большом городе. Больше года прошло. Это невозможно! Хотя… Для простого человека – да, невозможно, а вот для такого, как Максим Садулаев, преград не существует.

Я испуганно вздрагиваю, когда дверь резко открывается. В гримерку влетает Инесса. Ее глаза, подведенные черным карандашом, останавливаются на мне.

- Ангелина! Девочка моя, вот ты где! - женщина обводит одобрительным взглядом мою фигуру, что выгодно подчеркнута сценическим костюмом, состоящим из танцевального купальника и юбки пачки. – Срочно!

Провожу мгновенно вспотевшими ладонями по бедрам.

- Я не работаю сегодня , – четко озвучиваю свой отказ.

Всю напускную доброту администратора ночного заведения словно сдувает ветром.

- Ты что, хочешь проблем?! – цедит она сквозь зубы. - ОН хочет видеть именно тебя! Хозяин узнает, что ты нос воротишь от его партнёров по бизнесу, вылетишь отсюда, как пробка! Поняла? Полчаса оттанцуешь - не переломишься, ты единственная актриса балета. Потом можешь сразу идти домой.

Должно быть, у меня такой перепуганный вид, что Инесса смягчается:

- Я дам тебе пару выходных. Мужчина ценитель балета.

По венам мгновенно разливается облегчение. Это не Садулаев. Молчу чисто из упрямства. Не хочу, чтобы меня взяли «на крючок» и дальше использовали метод шантажа в своих целях.

Словно прочив мои мыли, Инесса добавляет:

- Больше такого не повторится, обещаю. Вероятно, твое вчерашнее выступление произвело на него впечатление.

Прикусываю губу. Мне так необходимы эти пару дней выходных!

- Хорошо, – соглашаюсь я. – Но это первый и последний раз.

На душе так гадко, будто я предала саму себя.