Замуж по ошибке, или Безлимитные неприятности

Тот печально вздохнул и простонал:

– Ты, Элизабет, вообще бессердечная женщина. Я ведь теперь страдать буду полжизни…

– Ага, по утраченной выгоде, – закончила за брата сестра.

– Переживём, – улыбнулась друзьям. – Главное – теперь я могу вступить в наследство… Самое важное, нам нужно выяснить, кто пытался меня и вас отравить?

Мы все переглянулись, и в один голос сказали:

– Благотворительный фонд!

– Эти мошенники прикрываются животными и творят грязные делишки! Им была бы выгодна моя смерть! – процедила я и сжала гневно кулачки. – Не понимаю, зачем дядя указал в завещании, что в случае чего, всё состояние перейдёт им?

– Я тоже не понимаю, – проговорила Эмилия.

– Но стоит ли теперь их опасаться, когда ты уже замужем? – спросил задумчиво Джайс.

В этот момент, двери ванной распахнулись, и к нам вышел мой супруг…

Собранный, серьёзный и потрясающе мужественный.

В дизайнерском костюме, что сидел идеально, гладко выбритый, с элегантной стрижкой, мужчина, который являлся моим мужем, выглядел просто сногсшибательно.

– Ничего себе… – прошептал изумлённо Джайс, когда вернул себе дар речи, правда, он был не в силах оторвать восхищённого взгляда от моего супруга.

Эмилия же просто рот раскрыла, тоже слегка обалдев от экземпляра, который я добыла в клубе смертников.

Подошла к мужчине, взяла его под руку и с сияющей улыбкой представила его друзьям:

– Джайс, Эмилия, познакомьтесь. Это мой муж и наш с вами спаситель – Джон Морган.

– Джайс, Эмилия, познакомьтесь. Это мой муж и наш с вами спаситель – Джон Морган, – с гордостью и восхищение представила меня Элизабет своим друзьям.

Одежда, чистое тело и невозмутимость всегда кардинально меняют любого человека. А ведь совсем недавно маленькая белокурая леди готова была своими пальчиками вырвать сердце из моей груди, что дал ей свою фамилию. Сейчас же светится от гордости.

– Рад знакомству и не менее рад, что моё послание не опоздало с противоядием, и вы полностью оправились от отравления, – сказал ровным тоном.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем молодой человек позволил улыбке медленно расплыться по лицу. Его глаза зажглись игривым огоньком и не менее игриво он произнёс:

– Бог мой, Элизабет! Какой у него голос, какой тон и манера речи! Он говорит об отравлении, будто ведёт светскую беседу, но за его словами чувствуется сила. Как же хорош твой муж, ничего не скажешь!

– Джайс! – возмущённо прошипела Элизабет и сжала мою ладонь.