Врачебная ошибка

В принципе, там всегда довольно тихо – такова специфика анестезиологии и реанимации, – но в это утро я просто кожей ощущала, как сгустился воздух в коридорах. Даже несмотря на расстроенные чувства по причине встречи с адвокатами бывшего мужа, это невозможно было не заметить.

– Что тут у вас происходит? – спросила я у Марины, своей коллеги, которая оказалась единственной в ординаторской.

Сдвинув очки на нос, Марина пристально посмотрела на меня. Мы не в лучших отношениях, так как она считает, что я пытаюсь усидеть на двух стульях: работаю в больнице, да еще и расследованиями в ОМР занимаюсь.

А теперь, родив второго ребенка, я вообще стала ей ненавистна, ведь Марина очень хочет ребенка, но у нее никак не получается. Они с мужем женаты больше десяти лет, но ей так и не удалось забеременеть, а ведь Марина моложе меня почти на десять лет – вот и еще одна причина для неприязни.

– Пациентка умерла, – ответила она на мой вопрос. – Одна из тех, что ты Жанне передала.

Моя рука, тянувшаяся к халату, замерла в воздухе.

– К… к-какая пациентка? – запинаясь, пробормотала я, припоминая всех, кого опрашивала накануне на предмет анестезии.

– Та, молоденькая, – пожала плечами Марина. – Со шрамом.

Девушка по имени Нина, если не ошибаюсь, пришла в больницу накануне. Ее не должны были продержать больше суток, ведь ей требовалась легкая операция по удалению рубцовой ткани. Некоторое время назад Нину покусала собака, и ей предстояла всего лишь косметическая процедура – правда, под наркозом, но я ни за что бы не подумала, что она может окончиться смертью!

– А в чем причина? – спросила я, справившись с шоком.

 – Нина сказала, что у нее нет аллергии на препараты анестезии – она уже перенесла несколько хирургических вмешательств, все без последствий…

– Да я-то откуда знаю? – с раздражением отозвалась Марина. – Все отделение на ушах, Охлопкова беснуется, а Жанка – та просто на ногах не стоит! Охлопкова «разбор полетов» на двенадцать назначила.

Вот, сижу, переписываю свои бумажки, потому что она грозилась под эту марку всех проверить!

К двенадцати часам мы, персонал отделений анестезиологии и реанимации и хирургии, собрались в конференц-зале. Главный настоял на том, чтобы присутствовали все без исключения. С тех пор как несколько лет назад Добров (трудно представить себе фамилию, меньше подходящую этому человеку!) занял место главврача, «разборы полетов» стали обычным делом.