Продавец острых ощущений

Гурову иногда казалось, что Ющенко завидует ему, даже несмотря на то, что сам подполковник довольно резво продвигался по служебной лестнице. А вот самому Льву карьерные устремления были абсолютно чужды.

Гурова подполковник встретил настороженно. Он выслушал его просьбу и сразу же позвонил капитану Земцову, который вел интересующее полковника дело. Ющенко дал указание выполнить все распоряжения «важняка» из Главка, а когда закончил общаться с подчиненным, вопросительно посмотрел на Гурова.

— Роман Леонидович, есть подозрение, что эта квартирная кража связана с несколькими другими, — ответил на немой вопрос подполковника Лев. — Сейчас я расследую одно схожее дело, и если мои подозрения подтвердятся, я бы хотел и это забрать себе. Возражения будут?

— Да ни за что на свете, Лев Иванович! — расцвел Ющенко, обрадованный, что у его отдела появилась возможность избавиться от явного «висяка». — Если хочешь, могу еще несколько дел тебе передать. В довесок, так сказать.

— Пока одного будет достаточно, — улыбнулся в ответ Лев. — И то ничего не обещаю, пока это — лишь мои догадки…

— Ой, Лев Иванович, наслышан я о твоих догадках, — отмахнулся от него начальник отдела. — В общем, делай, что считаешь нужным. Если понадобится, и людей в помощь выделю. Хотя, сам понимаешь, у меня с личным составом постоянно напряг, все загружены делами по самое не хочу!..

Гуров попрощался с подполковником и вышел из кабинета, сказав ему, что сам сможет найти капитана. Собственно говоря, именно с Земцовым он и разговаривал по телефону, пытаясь узнать некоторые детали преступления. Сейчас ему нужны были малейшие детали расследования, чтобы понять, насколько обе квартирных кражи схожи друг с другом. Дополнительные совпадения, кроме тех, о которых узнал в телефонном разговоре, он нашел почти сразу.

Во-первых, в доме были взяты самые ценные вещи. В основном — драгоценности, деньги и ценные бумаги. Причем преступники не рылись в шкафах, отыскивая тайники, они точно знали, что и где лежало в квартире. Во-вторых, посторонние в этот дом приходили крайне редко. Всяких там расклейщиков объявлений, сборщиков подаяний и прочих коммивояжеров разгонял консьерж. Доступ в подъезд получали только работники проверенных ремонтных служб, да и то лишь после того, как вахтер проверял, действительно ли их кто-то вызывал, и направляла ли обслуживающая организация в дом специалистов. То есть случайный человек, как и в случае с Симутенковыми, в квартиру попасть попросту не мог.