Абсолютное оружие

Конечно, — спохватился он, глядя на Миру, — если вы захотите выдвинуть обвинения, то…

— О, нет.

— Я еще раз прошу прощения. Пожалуй, мне пора, — отшельник встал и направился к двери.

— Подождите минуту, — остановил его Арнольд. На его лице отразились тяжкие колебания. Он помялся, несколько раз вздохнул и все же произнес:

— Вы ей сами скажете, или лучше я?

— Я не понимаю, о чем вы говорите, — ответил отшельник. — Мне действительно пора…

— Еще нет. Мира заслуживает того, чтобы ей сказали всю правду, — сказал Арнольд.

 — Вы ведь любите ее, не так ли?

Мира уставилась на отшельника. Плечи Эдварда беспомощно поникли.

— Что это значит? — спросила она.

Эдвард сердито посмотрел на Арнольда.

— Я так и предполагал, что вы не успокоитесь до тех пор, пока я не выставлю себя круглым дураком. Хорошо, вы своего добились, — он повернулся к Мире. — Когда вы связались со мной по радио и сказали, что собираетесь поселиться на Коэлле, я пришел в ужас. Для меня это означало крушение всего.

— Но я была на расстоянии в несколько миллионов миль от вас, — возразила Мира.

— Да. В этом-то и заключалась проблема. Вы были так близко, по астрономическим меркам, и одновременно так далеко. Понимаете, я до смерти устал от всего этого отшельничества. Я еще мог выносить его, пока был один, но тут появились вы…

— Если вы устали быть отшельником, — спросила Мира, — то почему вы не улетели?

— Мой литературный агент сказал, что для меня, как для писателя, это будет самоубийством, — отшельник попытался цинично улыбнуться.

 — Я — беллетрист, понимаете? Все это был просто рекламный трюк. По договору, я должен был изображать отшельника и написать об этом книгу. Что я и сделал. Книга стала бестселлером. Мой агент уговорил меня сесть за продолжение. Пока я его не закончу, улететь я не могу. Все же тогда пойдет прахом. Но я так истосковался по человеческим лицам. И тут появляетесь вы.

— Но вы угрожали мне, — воскликнула Мира.

— Не совсем. Я сказал, что не отвечаю за последствия. На самом деле я опасался за свой здравый рассудок. Днями напролет я думал о вас. Неожиданно я понял, что должен вас увидеть. Просто должен — и все! Поэтому я прилетел сюда, спрятал корабль…"

"— И стал бродить тут, изображая Скарба, — хмыкнул Джеймсон.

— Не сразу, — парировал Эдвард. — После того, как я увидел вас, Мира, я предположил… В общем, я понял, что люблю вас.