Не ищи оправданий

Она вспомнила, как он нетерпеливо выключил его. Вот откуда он услышал сообщение о несчастном случае.

Нет, это не более чем пустые фантазии. Какое дело Джонатану до нее? Она же для него ничего не значит. Или?..

— Мэдисон. Спрашивала про брата. Я предложила ей позвонить ему.

— Они совсем не похожи, правда?

— Что ты хочешь сказать? — Тори с любопытством склонила голову.

— Ты меня понимаешь, Тори, — мягко ответила мать. — Как Джонатан ни пытается это скрыть, у него какие-то неприятности.

Мать иногда бывала удивительно проницательной, она могла, даже после мимолетного знакомства, составить очень точное представление о характере человека.

Вот и на этот раз она оказалась права: у Джонатана действительно неприятности.

— Мама, я пойду прогуляюсь, — внезапно проговорила Тори.

Ей нужно было подумать, и если ноги донесут ее до дома Бернов, то так тому и быть.

— Я ненадолго, — сказала она матери, накидывая жакет и выходя.

В окнах у Бернов горел свет, значит, Джонатан дома.

Сердце стучало у нее в горле, когда она нажала на дверной звонок.

Что она ему скажет? Что она вообще может ему сказать?

Джонатан появился на пороге. Он казался еще неприступнее, чем всегда: черная рубашка, черные джинсы. Он холодно смотрел на нее.

Тори облизала сухие губы и взглянула на него из-под ресниц.

— Ты сказал сегодня утром, что нам надо поговорить.

Он насмешливо скривил губы.

— Но ты же сама ответила, что в этом нет необходимости.

Она решительно вздернула подбородок.

Джонатан иронично кивнул и отступил, пропуская ее в дом.

Она вошла за ним в уютную гостиную. На кофейном столике перед диваном стояла недопитая рюмка виски, на диване лежала гитара, повсюду были разбросаны ноты.

Тори повернулась к нему, прижимая к груди стиснутые руки.

— Песня, которую ты играл вечером в воскресенье... — осторожно начала она.

— И что с этой песней? — резко спросил он, бесстрастное выражение лица стало агрессивным.

Тори, словно защищаясь, вытянула перед собой руки.

— Я просто хотела знать, кто ее написал, — тихо произнесла она.

— Понимаешь...

— Но ты уже знаешь, кто ее написал, Тори, тебе рассказала моя сестра.

Боже! А она так надеялась, что Мэдисон еще не позвонила ему!

— Ну хорошо, начало не совсем удачное. Но ведь ничего не меняется, я просто хотела поговорить с тобой об этой песне. И вообще о твоих песнях.

— Послушай, Джонатан, — начала она, — я не сразу решилась прийти...

Ее глаза сверкнули синим огнем.

— Я подумала... — выдавила она сквозь зубы.