Сиренити

Только он умел целовать меня так, что я моментально утопала в нежности.

Сердце тут же резко ухнуло вниз, и в памяти яркими, невыносимо-болезненными пятнами всплыл большой, красиво украшенный гроб, опускаемый в землю.

В прошлом, всё в прошлом, Сир. Дыши глубже. Надо успокоить бешено заколотившееся сердце и вернуть себе адекватность. Итак, что мы имеем. Я лежу на кровати. Передо мной расплывается в счастливой улыбке ёжик. Тьфу, то есть, Макс. Моя спина плотно и очень уютно прижата к ещё одному тёплому телу, а сильная мужская рука приобнимает меня за талию.

А ведь совсем недавно я представляла себе живописную картинку, в которой я, Макс и Джулиан кувыркаемся на большой смятой постели. Мечты сбываются…

Меня разобрал дикий смех.

Джулиан, уловив мои мысли, понимающе улыбнулся, а лицо Макса вытянулось от удивления. Да, герцог, твоя королева лежит между двумя мужиками и ржёт как ненормальная.

— Всё хорошо, просто небольшая истерика, — успокоила я моего ёжика.

Просмеявшись, я с неохотой вылезла из такого приятного гнёздышка и отправилась в ванную. Да, Джулиан всё-таки гений: после десяти минут сна я снова чувствую себя человеком, а не зомбированной тушкой, которую штормит от слабости.

Проводив Сиренити взглядом, я уставился на лежащего напротив меня юриста. Кто бы мог подумать, что мы с ним будем вот так валяться на одной кровати.

— И что теперь? — уточнил я у него.

— Ждём отмашки от Эйверина, — спокойно отозвался он и подмял под свою голову подушку.

Ладно. Ждём, значит ждём.

На выходе из ванной я подошла к зеркалу и ужаснулась. Растрёпанная, бледная, и в покрытом засохшей кровью платье.

Мда… Когда меня в таком виде увидит Теодор — ему явно поплохеет. Да и остальным моим телохранителям тоже.

Как могла, поправила причёску, сполоснула лицо холодной водой и вернулась к своим мальчикам.

Надо же, они так и продолжают лежать на кровати. Так мило…

Поборов в себе дикое искушение снова оказаться между их сильными, такими тёплыми телами, окунуться в ласковое море обожания и ощутить переплетение наших энергий, я тяжело вздохнула, взяла Макса за руку и потащила его за собой в соседнюю комнату.

Тот послушно последовал за мной, потом безропотно опустился на стул, прочно припаянный к полу, и позволил приковать запястье наручниками к металлическому подлокотнику.

— Сидите и не рыпайтесь, герцог. Это необходимые меры во избежание дальнейших недоразумений, — пояснила я Максу. — Твой лимит на косяки исчерпан, — наклонившись к его уху, прошептала я.