В оковах его власти (СИ)

Маша не спала, наверное, уже и вещи спаковала после такого столкновения с Азизой.

Маленькая и беззащитная девочка.

20 ЛЕТ НАЗАД

Ню – «Никто»

А я тебя короновал

И никому не отдавал

И как умел так радовал

И целовал, целовал, целовал, целовал

—Саша, ну прекрати, ты что делаешь? — Надя смеялась, пока я кружил ее на руках в центре актового зала.

Я был рад, что после долгих спортивных сборов наконец-то увидел ее. Затащил в укромное местечко и целовал, целовал, целовал. Как обезумевший. Как одинокий путник дорывается до воды в знойную погоду, так и я сейчас дорвался до своей Нади.

И не было тогда счастливее человека, чем я, просто не существовало в помине, потому что я знал только одно на свете — у меня была она одна, а я был у нее, что сейчас было самым главным. Несмотря на трудности и перипетии, возникшие перед нами в последнее время. В лице ее родителей, которые были не очень уж и счастливы наличию такого парня у дочери, для которой давно нашли жениха по вере…

—Я просто рад тебя видеть, — зарывшись в копну темных кудрявых волос, прошептал я, ощущая, как чистое счастье льется по венам в стократном размере. Запах апельсинов защекотал ноздри, и я поглубже втянул его, прикрывая глаза от удовольствия. Нет для меня приятнее запаха, чем ее.

—А если кто-то увидит? — срывающимся тихим голоском прошептала малышка, оглядываясь по сторонам. Я любовался ею как любуются картиной, порой даже боялся дышать, потому что не верил в происходящее. Не мог осознать до конца тот факт, что она здесь и со мной, что я мог ее касаться, мог ее целовать и знать, что у нас есть завтра.

—Да что мне теперь? Я целую свою девушку, я имею полное право, мне на остальных насрать.

Буду я еще переживать за других людей, делать больше нечего. Достаточно было того, что я просто держал ее в руках.

—Не ругайся, — тоненькие пальчики накрыли мои губы, и я, недолго думая, обхватил их губами и облизал мягкие подушечки. Лицо Нади зарделось, а пышные ресницы опустились, откидывая тени на бледные щеки.

Малышка осторожно вырвалась из моих объятий, смущенно улыбнувшись. Я любил эту девушку безумно сильно, просто настолько, что порой дух захватывало. В свои восемнадцать лет я и не думал, что смогу так…вляпаться, как сказал мой батя. Вляпался я сильно, и другого выхода для себя не видел, кроме как быть с ней. Несмотря на все НЕТ, упрямо стоявшие перед нами.

Надя — дочка друга моего отца, их семья евреи, живущие по старым традициям, по вере.