В оковах его власти (СИ)

—Мария? — он слегка коснулся моей руки, привлекая к себе внимание.

—Что?

Мужчина вдруг преобразился, на лице не было уже былого радостного выражения. Теперь утробным голосом он произнес:

—Если беременность нежелательная, ее можно прервать. Самое подходящее время, чтобы сделать это без последствий для вашего будущего.

Очередная волна тошноты подкатила к горлу. Ощутив, что волосы на голове начинают шевелиться, я буквально прокричала нечеловеческим голосом:

—Нет, нет! Никакого аборта.

Я уже любила этого ребенка, уже хотела защищать, и не представляла, как можно просто взять и отказаться. Тем более, если ребенок, от человека, которого я настолько сильно любила, пусть даже если он — нет.

ГЛАВА 28

БЕЛОВ

Не шибко трезвым я был, а потому хотелось спать до трясучки. Еще день оказался не таким уж и простым. Изнашивающим, адским. А дома предстоял еще один непростой разговор, к которому как ни готовься — никогда не будешь настроен на сто процентов. Проверив смарт, внутри что-то противно защипало. Пропущенных было много, десятки раз до меня пытались дозвониться, и все звонки были от моей охраны. Не до того было. В очередной раз телефон загорелся от входящего вызова, и я, почувствовав неладное, моментально принял звонок от своего охранника. Они мне никогда не звонили в принципе, все решал глава службы безопасности, а так как Кракен и сам был в мыле, то что-то пошло не так дома. Слишком не так.

—Александр Павлович, у нас тут… неприятная ситуация, — мой тезка невнятно блеял.

—Что случилось?! — гаркнул на него, потому что сейчас терпение было на нуле.

—Мария потеряла сознание, мы сейчас в вашей больнице. Не смогли ни до кого дозвониться, пришлось действовать по ходу

Блять. Сбросив вызов, я с такой скоростью понесся по пустынным улицам ночного города, что окажись кто-то передо мной сейчас, снес бы к чертовой матери и даже не заметил бы. Конечно, она перенервничала.

Из-за тебя, ущербный, перенервничала.

Конечно, она наверняка плакала. Пока я заливал горе пойлом и занимался хотя бы одним полезным делом. Внутри разъедало кислотой осознание, что я снова причинил ей боль. Что поступил неверно. Плевать на правильные взвешенные решения, блять, не надо было просто оставлять ее, не стоило уходить так, не поговорив."

"Блять. Да кто ж знал? Хотел как лучше, хотел дать обоим время остыть и обдумать непростую ситуацию. Самому надо было все осознать, ей дать возможность осмыслить.

А если с ней что-то серьезное случилось? Так просто сознание не теряют.