Совдетство. Школьные окна

Но рано или поздно дойдет очередь и до них, они могут вспомнить ту вроде бы незначительную стычку. Тогда ниточка потянется к моему другу. Санёк это понимал и нервничал. В том, что избиение Лёвы организовал именно он, сомнений у меня не было.

Мы сидели на лавочке, я совсем заиндевел, да еще из глубин организма поднималась какая-то холодная дрожь. Казалось, если этот внутренний озноб соединится с внешним дубаком, набиравшим ночную силу, я превращусь в сосульку и распадусь на осколки льда, как Инна в «Продавце воздуха».

– Не мандражируй! – толкнул меня в бок Серый.

Мимо бесшумно просеменила, перебирая лапками, серая хвостатая тень, она на минуту остановилась, задержав на нас яркие желтые глаза, и сделала это напрасно.

– Чего смотришь? – заорал Сталин так, будто прохожая киса была виновата во всех его бедах.

Тень прижалась к земле. Он подхватил с земли камень, с силой швырнул в любопытное животное, но промазал. Несчастная мурка подскочила на месте и со страшной скоростью метнулась в сторону, исчезнув во мраке.

«Тоже мне – ворошиловский стрелок, ёпт!» – подумал я, дрожа и морщась от рвотных намерений.

Заполучив и отдав в музей карандаш-фонарь, я не остановился на достигнутом. Вскоре мне удалось вымолить у Бареева-старшего значок «Ворошиловский стрелок», полученный им еще перед войной за меткость. Про это чудо дивное, хранившееся у фронтовика вместе с другими наградами, я знал давным-давно. В третьем классе мы увлеклись стрельбой по мишеням и, что греха таить, по птичкам тоже. Но не из рогаток (это пройденный этап), а из ружей, которые мастерили сами. У наших пулялок всё было как полагается: цевье, шейка, приклад. Ствол выпиливали из доски. Там, где у настоящей винтовки мушка, мы вбивали враскось два гвоздика, а к ним привязывали концы тугой авиамодельной резинки. В магазине ее не достать, даже в «Детском мире», но выменять, например, за марки или старинные монеты можно. Дальше самое главное – спусковой механизм. Делается он так: по бокам, отступив пару сантиметров от шейки, ввинчиваются, но не до конца, два шурупа, затем берется алюминиевая проволока, сгибается буквой «П», верхняя, ровная, часть плотно ложится на торец ствола, а ножки петлями наворачиваются на шурупы и скручиваются внизу в жгут, получается что-то вроде спускового крючка. Его, в свою очередь, приматывают другой обычной резинкой к гвоздику, вбитому снизу в цевье, и тогда перекладина проволочной буквы «П» намертво прижимает к торцу пульку, сделанную из гнутого гвоздика.