Жар огня

От резкого движения капюшон съехал с головы, и я его рассмотрела. Мужчина оказался молод. Лицо заросло курчавой, золотисто-рыжей бородой, неровный свежий шрам тянулся через весь лоб и спускался к виску. Он смотрел на меня, пока не проехал. Потом оглянулся и снова накинул на голову капюшон.

Глядя на его удаляющуюся фигуру, я испытала странное волнение. Интересно, что с ним случилось? Ранение не похоже на след от оружия.

Я задумчиво задернула шторы. В душе поселилось странное чувство, которому не могла дать определение.

Не могла понять, что меня так зацепило. Раздевшись и забравшись в воду, мысленно восстанавливала картинку, анализируя запомнившиеся мелочи. Несмотря на склоненную из-за моросящего дождя голову, спина у мужчины была не сгорблена. Плащ скрывал фигуру, но он не худой, точно. Один разворот широких плеч чего стоил. Черты лица воскресить сложно из-за густой бороды, да и шрам в первую очередь привлекал внимание.

«Глаза!» – осенило меня. Именно они выбивали его из образа обычного крестьянина.

Взгляд совсем не сонный, а цепкий, внимательный, подмечающий малейшую мелочь. Он мгновенно почувствовал и безошибочно нашел, откуда на него смотрят. Такая интуиция больше подошла бы воину.

«Он может быть просто охотником», – одернула себя, не давая разыграться воображению. Угрозы я от незнакомца не почувствовала и приказала себе не выдумывать лишнего.

И все же, даже поспав и выбравшись с Харном в город поужинать, я не могла полностью выбросить из головы крестьянина со шрамом. Что-то не давало его забыть, вызывая щекочущее чувство на грани сознания.

– Лоран! – окликнул Харн, привлекая к себе внимание. – Ты меня совсем не слушаешь! Может, заказать что-то другое?

Я перестала задумчиво ковыряться в тарелке и быстро отрезала кусочек жесткого мяса. Вряд ли в этой ресторации другие блюда будут вкуснее. Все же повару далеко до мастерства коллег из Саруна. Даже в тавернах там вкуснее готовят.

– Знаешь, я уже жалею, что согласился на эту практику, – неожиданно признался принц, и я вскинула голову.

 – Не смотри на меня так. У меня сердце кровью обливается из-за того, что ты вынуждена терпеть все тяготы пути без элементарных удобств. Плохой из меня опекун. Ты девушка, а едешь под дождем, спишь на соломе.

«Если сам принц спит на соломе, то почему я должна жаловаться?» – написала в ответ.

– Лоран, я мужчина! Это совсем иное дело. И то, что ты не жалуешься, совсем не умаляет моей вины. Твое место не здесь.

Мне стало смешно от таких рассуждений.