Одержима игрой тобой (СИ)

Я почувствовала, как Власенко улыбнулся.

– Ты была права, давно надо было сказать о своих чувствах. Он ненадолго замолчал, а потом продолжил: – я не долго думая, схватил портфель и побежал в твою сторону, а ты же быстрая, Ди. Убежала так далеко, пришлось догонять, хорошо, что я успел вовремя.

– Стоп! – крикнул он и отскочил от меня, начав бегать глазами по моему лицу и телу. – Они тебе ничего не успели сделать? Никита принялся ощупывать меня с ног до головы, а я мило улыбалась, представляя абсурдность происходящего.

– Никита, мне щекотно.

Он остановился и посмотрел на меня с такой нежностью.

– Ди, ты - необыкновенная.

Я потеряла дар речи. Власенко притянул меня к себе и снова обнял, в этот раз не крепко, а очень осторожно, как будто, я самое хрупкое создание и шепнул на ухо: – я очень испугался за тебя.

Его теплое дыхание ласкало мою холодную кожу. Я задрала голову, чтобы увидеть лицо.

– Главное, что сейчас все хорошо, спасибо, что спас меня.

Его глаза заблестели, лицо подалось вперед. Он смахнул с моей щеки застывшую слезу и трепетно коснулся моих соленых губ. Мое сердце в ужасе замерло. Я перестала ощущать холодный ветер, который кружил вокруг нас. Внутри все полыхало от желания и невысказанных чувств. Его теплые губы слегка дрожали. Он обхватил мое лицо руками, а я обвила его шею и утонула в этой нежности. В этот момент мне захотелось остановить время. Продлить мгновенье и умножить на бесконечность.

Никита отстранился от меня и посмотрел в глаза, ища в них ответы на всевозможные вопросы. Оставшиеся крупицы адреналина еще искрили в моем организме, и я решила не отступать от своих чувств. Я сократила дистанцию, возвращая зрительный контакт. Подняв голову, я сначала легонько коснулась губами его подбородка. Потом приподнялась на носочки и запустила пальцы в его растрепанные от драки волосы. Никита глубоко вздохнул.

– Ди, – прошептал он, наклоняясь навстречу ко мне.

– Ни-ки, – успела я прошептать и наши губы вновь нашли друг друга.

Я стала перебирать пальцами его волосы, и Никита простонал. Я забыла, как дышать. Мое тело горело, а ноги предательски подкосились. Но Власенко не дал мне упасть. Он вцепился в меня так крепко, словно меня хотят отобрать у него. Реальность стала постепенно возвращаться, и, открыв глаза, я уперлась в полыхающий взгляд Власенко.

Я покраснела. Щеки, имевшие до этого розовый оттенок от слез, стали пунцовыми от смущения. Поцелуй был легкий, почти невесомый, но в него было вложено желание всех лет.