Развод. Я тобой одержим

 – Отцу тоже кое-что сдать придется. Можно не сейчас, а по месту постоянного учета. Когда определитесь, где будете наблюдаться.

Её слова меня не удивляют. На всех записях указан город Москва.

– Он не сможет сдать, – выталкиваю из себя нехотя.

Это как с неба на землю упасть. Сразу всмятку.

– Что-то случилось? – приподнимает глаза.

– Мы разводимся, – сама удивляюсь от того, как легко слова вылетают.

Могло сказаться то, что мне и поделиться-то не с кем?

Замечаю удивление.

Она ничего не говорит, лишь брови приподнимает. Листает принесенные мной заключения.

– После такого? – скорее, для себя произносит. – Я вижу, что лечение было серьезным. И не единожды. Протекало тяжело.

Понимаю, куда клонит.

Вот так вот. Старались, старались, и когда всё получилось – разошлись.

Не рассказываю, что скрыла от мужа беременность. Внутри меня всё ещё живут сомнения, что я неправильно в отношении Марата поступаю. Он имеет право знать.

Но я… Не готова.

Я взяла на себя большую ответственность куда раньше.

У нас не получалось зачать. Позже – сохранить. С каждым разом я всё глубже погружалась в отчаяние. Истерики крыли. Бывало, боль такой силы захватывала, что на эмоциях глупых предлагала Марату развестись. Идиотка. Говорила найти здоровую и полноценную. Такую, которая родить сможет.

Вот и нашел.

Однажды, не выдержав, он сказал, что всё, мы прекращаем лечиться и живем, как жили до того, как решили родителями стать. Если Всевышний будет благосклонен, то малыш появится и без изнурительного лечения.

Мы с ним разругались в пух и прах. Не разговаривали несколько дней. Вернее, я с ним. Мне казалось, у меня мечту отбирают. Ледяная стена вмиг выросла вокруг. Понимания ноль. Казалось, что он не хочет больше общего малыша. А значит, и меня разлюбил.

Находясь в агонии, вообще очень сложно быть рассудительным.

Марат тогда уехал в командировку, а я, наплевав на его приказы, пошла в другую клинику, предварительно узнав у знакомого, где обследование его жена проходила.

И, как оказалось, удачно.

К моменту, когда Марат вернулся, я успокоилась, и мы помирились. Вот только так и не рассказала ему о лечении. Скрывать от него тяжело было. Пришлось постараться. Но оно того стоило.

Опускаю руку на ещё плоский живот и поглаживаю.

Вдвоем мы справимся точно.

Мой мальчик…

Ну что же, если он будет таким же, как папа, мне точно будет нестрашно.

С необъяснимой уверенностью в лучшее за врачом наблюдаю.

Она достает заключение с первого УЗИ. Сравнивает его со своим.