В объятиях страсти

Я капитан, который служит своей родине, способствуя развитию торговли. – Он тяжело вздохнул и с очевидной неловкостью продол­жил: – Во всяком случае, делал это, пока патриоты не сожгли несколько кораблей и не разгромили склады, при­надлежавшие нашей семье, в отместку за мои политические убеждения. – Бросив взгляд на полковника Пауэлла и его адъютанта, Трейгер позволил себе слабую улыбку. – Джон оказал мне содействие в поисках инвесторов, заинте­ресованных в возобновлении торговли с Англией, которые готовы вложить средства в наш семейный бизнес.

Вот как, капитан корабля, который рыщет по окрестно­стям! К чему же тогда такая скрытность? Может, он дума­ет, что проиграет в ее глазах, оттого что претерпел от радикально настроенных вигов? Внезапно Сирена устыди­лась того, что заставила Трейгера отчитываться перед ней в присутствии высокопоставленных офицеров. Зато добилась своего: нанесла удар по гордости Трейгера и кое-что узнала о нем. Если бы капитан знал, что его ждет допрос с пристрастием, наверняка позволил бы ей упасть.

Внимание Сирены переключилось на Митчела, кото­рый с отцовской гордостью обнял ее за плечи.

– Сирена ведет занятия в окружной школе, пока мы не подберем подходящего преподавателя.

– Думаю, я нашла такого, – решительно сказала де­вушка, пользуясь возможностью замолвить словечко за юношу, к которому успела привязаться за последние дни. – Его зовут Натан Хейл. Это весьма образованный молодой голландец, который, уверена, принесет немало пользы на­шей общине.

Сирена слегка нахмурилась, заметив на лице Трейгера неодобрительное выражение, которое он тут же скрыл под маской невозмутимости.

– Ты расхваливаешь этого учителя уже целую неделю, – пошутил Митчел, – но удалось ли тебе его уговорить?

Неожиданно появился Брендон и встал между Трейгером и Сиреной. Запечатлев у нее на щеке поцелуй, лейте­нант обратился к Митчелу.

– Надеюсь, Сирена воспользовалась своим очарова­нием, чтобы убедить этого парня.

Я предпочитаю, чтобы моя невеста сидела дома, готовясь к свадьбе, а не пропада­ла целыми днями в школе, – объявил он, расплываясь в улыбке.

Сирена вся сжалась при этом громогласном заявлении Брендона, но колеса закрутились, механизм пришел в дви­жение. Проклиная все на свете, она увидела, как отец раскраснелся от радости, а лицо Оливии озарила доволь­ная улыбка. Девушка почувствовала себя пленницей, при­вязанной к мачте тонущего корабля.