В объятиях страсти

Можно не сомневаться, что за внешней невозмутимостью красавчик посмеивается над иронией судьбы, сделавшей его наслед­ником состояния», – с горечью думала она.

– Я выделю средства на содержание поместья, и, по­скольку мистер Грейсон уведомил меня о своей недавней женитьбе на Сирене Уоррен, мне ничего не остается, как только передать ему право распоряжаться всем состояни­ем. – Джонас выдавил слабую улыбку, обращаясь к Трейгеру: – Я понимаю, как огорчили вас исчезновение жены и тот печальный факт, что ее обвиняют в симпатиях патри­отам.

Вероника сомневалась, что Трейгер испытывает нечто, похожее на неловкость, и готова была поспорить на все состояние Уорренов, что нет такой ситуации, из которой он не вышел бы победителем, целый и невредимый.

После того как адвокат удалился, оставив их наедине, Трейгер подошел к Веронике, хранившей тягостное молча­ние, и спросил в лоб:

– Вы прячете Сирену в доме вашей дочери в Коннек­тикуте?

Вдова медленно подняла голову, встретив его испытую­щий взгляд.

– Похоже, вы не теряли времени даром, выуживая информацию из Джонаса, – заключила она с нескрывае­мым презрением.

– Он поделился со мной своими тревогами в связи с вашим здоровьем и длительным путешествием, которое вам пришлось предпринять, – уклончиво ответил Трейгер. – Поверьте, я не прибегал к силе, чтобы развязать ему язык. Кстати, адвокат просил меня проследить, чтобы вы не пе­реутомлялись.

Вероника усмехнулась, отметив отсутствие всякого со­чувствия в его голосе.

– Не стоит беспокоиться насчет меня, мистер Грей­сон. Я достаточно долго заботилась о себе сама, чтобы не нуждаться в помощи, тем более вам подобных.

– Благодарю тебя, Господи! – пробормотал он впол­голоса.

Она неожиданно стукнула тростью об пол, и Трейгер по­чти физически ощутил холодное дуновение в уютной комнате.

– Может, я стара и немощна, но, уверяю вас, не глу­ха. А посему, молодой человек, извольте быть учтивым и не забываться.

Трейгер приподнял брови, невольно восхищаясь харак­тером старой женщины.

– Меня всегда удивляло, почему возраст дает людям право выкладывать все, что у них на уме. Хотя большин­ство из нас приучено уважать старших, лично я не спосо­бен безответно сносить чьи-либо нападки. – Трейгер издевательски поклонился. – Прошу простить меня, ма­дам. Сирена не раз говорила, что я не джентльмен, и, возможно, она права. Я не намерен терпеть оскорбления даже от вас.