В объятиях страсти

Власти на­шли убийцу мистера Уоррена?

Ее отец мертв? Погиб от руки неизвестного убийцы? Мозг отказывался признавать ужасную правду, слезы ту­манили взор. Вдруг вспомнились слова, произнесенные Трейгером перед расставанием. Он назвал ее дочерью дья­вола. Неужели пытался сказать, что предал отец? Неуже­ли Трейгер отомстил за Натана, убив Митчела Уоррена?

– Сирена? Боже мой, ты ничего не знала, да? – Джеймс готов был отрезать себе язык, сообразив, что явился вестником печальных новостей.

Сирена смотрела на него расширившимися от горя и ужаса глазами.

А затем опрометью бросилась через лагерь и, когда ворвалась в свою комнату, разразилась надрываю­щими душу рыданиями.

Внезапно пушечный залп разорвал тишину. Сирена прислушалась к встревоженным голосам в холле и поспешила к окну, за которым поднялось облако пыли и дыма. Лагерь повстанцев атакован! Дверь распахнулась, и на по­роге возник Роджер с выражением холодной решимости, которое она часто видела на лице его брата.

– Идем, Сирена. Трейгер не простит мне даже цара­пины на тебе.

Проклятие, мы не ожидали нападения рань­ше завтрашнего утра! Необходимо спрятать тебя в безопасном месте до начала фейерверка.

Трейгер… Ей сделалось дурно при упоминании его имени, но некогда было давать выход гневу, обуревавшему ее, когда она представляла себе, как Трейгер убивает отца. Сирена механически следовала за Роджером, стараясь не отставать, пока они пробирались сквозь толпу, собравшую­ся у штаб-квартиры Вашингтона.

Случилось то, чего Роджер больше всего опасался: ге­нерал Хау настиг патриотов, прежде чем они успели под­готовиться к атаке.

Разведчики, прибывшие в лагерь, сообщили, что красные мундиры начнут наступление на рассвете. Но, судя по всему, тори решили расправиться с патриотами, не дожидаясь, пока они укрепят свои по­зиции.

Сирена содрогнулась, когда, выглянув из траншеи, уви­дела на горизонте бесконечные ряды британских солдат. От разрывов снарядов занялись соседние здания, земля сотрясалась, казалось, адское пламя рвалось из ее недр наружу.

Вся жизнь промелькнула перед глазами Сирены. Едва она успела взять себя в руки, как мушкетная пуля просвистела совсем рядом и Роджер толкнул ее в грязь.

– Черт, неужели нельзя не высовываться? – сердито проворчал он, пристроившись рядом, и сунул мушкет ей в руки. – Ты умеешь обращаться с этой штукой?

Сирена молча кивнула, вцепившись в оружие.

– Нам пригодится каждый стрелок. Надеюсь, ты, как утверждает Трейгер, и в самом деле обладаешь твердым характером.