Грязные новости

— Ценю это, Конверс.

«Влюблен».

Черт меня дери.

В Джудит Пенелопу Хамфри из Бруклина.

Которую встретил в дерьмовый дождливый день после очередной ссоры с отцом.

Которая украла мой бумажник, деньги, презервативы и сердце.

Которая проникла в каждую клеточку моей кожи, слой за слоем, с ее музыкой, заразительным смехом, дерзостью и каждодневной сменой конверсов, согласно настроению.

Я был влюблен, несмотря на то, что не хотел и не соглашался любить.

Поэтому оттолкнул ее. Ведь если я исчезну, мне не придется принимать решение.

Все будет сделано за меня.

Решение рискнуть с кем-то.

Решение снова начать жить.

Решение отказаться от LBC и всего, ради чего я работал, потому что власти было недостаточно. Особенно если тебе не с кем этим поделиться."

"Вот как я обнаружил, что проделываю всю эту хрень с цветами и шоколадом, когда пришел к ней домой в тот вечер. Люди все еще делают это? Каждая романтическая идея, которая у меня была — и, конечно же, их у меня было не так много, — была взята из глупых романтических комедий, которые Камилла заставляла меня смотреть, когда я был подростком.

Лили никогда не утруждала себя этим. Она знала, что усадить меня перед фильмом с Кейт Хадсон было задачей сродни тому, чтобы заставить меня трахнуть мясорубку.

Может быть, шоколад и цветы были вещью из девяностых. Джудит молода. Возможно, до такой степени, что некоторые даже чувствовали себя некомфортно рядом с ней. Спросите меня, пофиг ли мне.

«Селиан, тебя это волнует?»

«Нет, даже наполовину. Даже на четверть.

Вот уже три траха назад как не волнует».

Я несколько раз позвонил в дверь, расхаживая взад-вперед. Дверь никто не открывал, мои сообщения остались без ответа. Я старался, чтобы они были краткими и вменяемыми, но это были две черты, с которыми расстался за последние несколько часов, имея дело с разливом нефти, умирающей сетью и разбитым сердцем. Я решил послать ей последнее сообщение перед отъездом.

Селиан: нам нужно поговорить.

Селиан: короче говоря, я не вставлял член в свою бывшую невесту.

Селиан: и она все еще бывшая.

Селиан: ее бабушка умерла. Мы с ней были близки. Я не хотел выкладывать все это дерьмо в текстовом сообщении. И это чертовски иронично, потому что ВОЗЬМИ ЭТУ ЧЕРТОВУ ТРУБКУ.

Селиан: кроме того, если ты про вечеринку, то это был день рождение ее кузины. Семья была обязана поехать. Я ушел рано.

Селиан: один.

Селиан: почему я объясняюсь с коммутатором сообщений? Давай сделаем это неловким для нас обоих. Я сейчас приеду.