14 ночей с монстром

Клыков не было, но все равно стало немного жутко.

Именно поэтому неожиданно громкий рык заставил меня ахнуть и отступить назад, упираясь в дверь, ведущую в ванную комнату.

Размытое пятно перед глазами, ветерок, от которого кудряшки чуть приподнялись и опали, щекоча кожу, и вот я уже уперлась взглядом в обнаженную спину Форра, застывшего в паре метров от меня, закрывая от взгляда синих глаз.

Но меня испугало не это, а чешуйки, которые быстро появлялись на его коже. Одна за другой. Они сверкали на свете, переливаясь от насыщенного желтого до темно-золотистого цвета.

Только не полный оборот! Этого я точно не перенесу!

— Забываешься! — пророкотал дрейг таким жутким нечеловеческим голосом, что у меня сердце чуть из груди не выскочило.

Такое ощущение, что даже свет стал более приглушенным, а окружающая обстановка начала медленно терять краски. Или это просто от страха у меня в глазах темнеет?

— Прости меня, А'Рэ, — покаянно произнес Маррт. — Я не посягаю на твою собственность.

Что? Собственность? Я не ослышалась?

— Делай то, для чего тебя вызвали, — скомандовал Форр уже нормальным голосом и отошел, пропуская меня вперед.

— София, вам лучше лечь на кровать, — пряча взгляд, произнес дрейг.

За те пару секунд, что я его не видела, он изменился. Кожа стала светлее, а взгляд синих глаз потух, став неожиданно пустым.

— Зачем? — нервно спросила у него.

Слишком много событий и потрясений за такой короткий период.

— Мне придется усыпить вас.

— Что? Но я не хочу. Не надо.

Мало ли что эти дрейги сделают с моим бессознательным телом. Особенно когда я одета в не пойми что.

— Процесс изменения гена очень болезненная процедура, — терпеливо произнес Маррт, явно рассчитывая на мою сговорчивость.

— Подожди, — подал голос Форр. — Тебя что не обезболивали тогда?

— Нет, — сглотнув, отозвалась я. Уж слишком яркими были воспоминания, хотя прошло уже столько лет. Я даже рождение Айрин перенесла легче. — Мне сказали, что так будет эффективнее.

Маррт согласно кивнул, задумчиво глядя на меня:

— Отчасти так и есть. Именно поэтому изменения не смог отследить даже А'Рэ.

— Сколько тебе было тогда? — вдруг спросил монстр, делая ко мне два шага.

— Какая разница? — спросила у него, не желая углубляться в тему.

— Геном просыпается во время полового созревания, — вставил синеглазый дрейг.

— Сколько. Тебе. Было? — требовательно спросил Форр и я сдалась.

— Тринадцать. Мне было тринадцать лет. Вы довольны?

Он снова переместился.