Никому не скажем

— Ну, не знаю… Например, узнать, под каким ником ты зарегистрирована в социальных сетях.

Кажется, мой вопрос ставит Еву в тупик. Она неуверенно ведет плечами и возобновляет шаг.

— У меня нет странички в социальных сетях, Кит.

— Да ладно. Все есть в ВКонтакте или на худой конец в Одноклассниках.

— Ну, значит, я особенная.

— А вот это — истинная правда, — закидываю руку ей на плечи, и пока она не успела меня оттолкнуть, быстро касаюсь ее виска губами: — Я ужасно по тебе скучал.

Мне удается удивить Еву. Она вскидывает на меня изумленный взгляд и нервным движением облизывает губы. Как-то само по себе выходит, что мы замедляемся, а потом останавливаемся вовсе. Мимоспешат по своим делам люди. Их плотный поток обтекает нас, и нам бы уйти, чтобы не мешать его стремительному течению, но мы стоим недвижимые…

— Тебе что, больше нечем было заняться?

Ева первой приходит в себя и возобновляет шаг. Под ее ногами шуршат пожухлые листья каштанов, а солнце путается в волосах.

— Нечем. Я думал о тебе. А ты?

— Думала ли я о тебе? Нет. У меня было полным-полно других забот.

Врет. Врет! Я же вижу!

— Это каких же? — интересуюсь, осторожно касаясь пальцами, разбегающихся по ее коже мурашек.

— Я работала. — Ева отдергивает руку и бросает на меня сердитый взгляд.

— Еще один банкет?

— Нет. Две смены в пекарне.

— Ужас.

— Да нет… Ничего ужасного. Мне это нравится больше, чем…

— Международные отношения?

— Будь уверен.

— Зачем же ты пошла учиться на эту специальность?

Ну, да… Вопрос на миллион. Знал бы я сам, что там делаю.

— А ты? Мечтаешь стать дипломатом?

— Не то чтобы. На самом деле меня увлекает программирование. Да и вообще все, что связано с компьютерами.

— Так почему же ты пошел совсем по другому пути?

— Мы сейчас о тебе или обо мне говорим? — невольно хмурюсь я.

— А какая разница?

— Да никакой, — подкидываю носком туфли каштан и снова гляжу на Еву: — Так отец хотел.

Не знаю… Почему-то с ней я могу говорить об этом свободно. Я уверен, что Ева меня поймет. И не станет нести бред о том, что мы сами хозяева своей судьбы. Потому что это не так. Мы… зависимы. Мне так и вовсе кажется, что я сам себе не принадлежу. Дерьмовое ощущение. Правда.

— А у меня бабушка, — вздыхает Ева. — Она думает, что учеба на таком престижном факультете — гарантия моей лучшей жизни.

Ну, не знаю. Вполне возможно, бабушка Евы права.