Неслучайная няня для миллионера

Ваш ужин стоит на столе, могу принести сюда, если хотите.

– Нет, я скоро закончу.

Пару секунд просто стоит возле стола, словно не решаясь сказать что-то ещё. А я весь во внимании.

– Приятного вечера, Тимур Алексеевич, – произносит совсем не то, что собиралась, это очевидно. И стремительно идёт к двери.

Но меня распирает от нашей игры, в которой я пока веду.

– Амина, – окликаю её в тот момент, когда она хватается за ручку. – Скажите, Вы оставили кошку?

Няня стоит ко мне спиной. Медленно поворачивает голову. Смотрит на меня с вызовом и коротко кивает.

Удивительно, но моя улыбка гаснет. Горло перехватывает спазмом. А возбуждение сильнейшим вихрем проносится по всему телу.

Она оставила кошку. Осознанно. Соглашаясь на мои условия. И этот её взгляд сейчас говорит о том, что я вновь могу нарушить правила договора. Этот её взгляд буквально кричит, что она ждёт, когда я их нарушу.

Я выключаю компьютер и поднимаюсь. Амина всё ещё наблюдает за мной, глядя через плечо и держась за дверную ручку.

– Могу помочь Вам собрать вещи Лизы, – предлагаю ей.

Теперь она отрицательно качает головой.

– Нет, лучше идите ужинать. Вы же весь день ничего не ели.

– Нет, – резко перебивает Амина. – Вещи я соберу, а потом присоединюсь к Вам на кухне.

– Хорошо, – сразу соглашаюсь я.

Амина распахивает дверь и уходит... Я смотрю ей вслед. На то, как покачиваются её бёдра, обтянутые голубой джинсой. На то, как каскад длинных волос рассыпался по спине, и кончики облизывают эти самые бёдра. Она не заплела сегодня косичку, и я не стал просить её это делать. Уж больно она хороша, когда носит волосы распущенными.

В общем, я попал. Но пока совсем не понимаю, во что выльется мой дикий интерес к этой девушке. Временное развлечение? Или то, что я обещал себе пока не впускать в свою жизнь?

Скорее, первое. В конце концов, я поклялся любить лишь одну девочку, и это моя дочь.

Зачем флиртую с Игнатовым? Зачем намеренно оставила чёртову кошку, соглашаясь тем самым на его условия с жирной подоплёкой нарушения нашей субординации? Зачем мне вот это всё?

Я же не няня. Я журналист, который, кажется, уже распутал дело.

Жена Тимура Алексеевича вполне может быть в психиатрической клинике. Может, действительно с катушек слетела. А может, и нет. Но ведь Преображенский поставил мне задачу лишь узнать, где она. Так вот пусть ищет в какой-нибудь закрытой клинике. Всё! А я, наверное, могу уйти отсюда...

Нет. Не могу. Потому что чёртов договор – на месяц.