Моя (не)зависимость

И потом, мой мужчина был порядком избит.

Но все разумные доводы отошли на задний план, стоило Киру притянуть мою голову к своему лицу.

Поцелуй вышел обжигающим, со вкусом соли моих слез и крови разбитой губы Кирилла. Я торопливо натянула на нас покрывало. Любимый рывком высвободил меня из легких спортивных брюк.

– Прости, Лисенок! – с сожалением выдохнул Кир в мои губы.

И я поняла, что страсть кипит в нем настолько, что не будет сейчас никакой прелюдии. Потому что все было слишком остро, через край. Мой мужчина нуждался во мне неистово. Сдерживался, сколько мог. Но ведь и он не железный. Он пылкий и любящий. И ему нужно до конца убедиться, что я рядом, невредима, что он сам – жив, что все происходящее вокруг – не фантазии, а реальность.

Сама подалась навстречу. Лихорадочными движениями приспустила брюки Кира вместе с бельем, высвобождая налитую желанием плоть. Аккуратно устроилась сверху, стараясь не навредить.

Кир прижал меня руками к себе, одновременно жадно целуя и вторгаясь в мое тело.

Я застонала. Он замер.

Остро. Сладко. Знакомо.

Но сейчас, кажется, все происходило еще острее. Мы и не двигались толком. А эмоции сбивали с ног.

Наверное, это соитие было самым коротким, но самым бурным. Словно мы, наконец, добрались до заветной цели. И все завертелось стремительно и необратимо, потому что мы – вместе.

За секунду до взрыва Кирилл замер, глядя в мои глаза. Не скрывал эмоций. Смотрел в самую душу. Без слов шептал, говорил, кричал о своей любви ко мне.

И я верила каждому слову, каждому взгляду, каждому касанию.

Не удержалась на руках. Рухнула на Кира. А он подхватил.

Чувствовала, как мое тело пульсирует и рассыпается на осколки. А мой Гром собирает их и бережно хранит у самого сердца. Там, где безопасно. Там, где любят и заботятся.

Пришлось все же сползти с Кира, пусть он и возразил негромким мычанием мне на ухо. Я легла рядом и осторожно обняла Пчелкина руками.

Глаза слипались от усталости. Кирилл прижимался к моей макушке щекой. Я дождалась момента, когда обнимавшие меня руки расслабились, а сам Гром погрузился в глубокий исцеляющий сон.

У меня еще были сил, чтобы встать с кровати, сходить в душ, даже для того, чтобы позвонить бабушке и попросить привезти пилюли «после». Я даже могла сбегать на консультацию к гинекологу, который дежурил этой ночью в больнице."

"Но ничего этого я делать не стала. Романтичная часть меня неожиданно приняла тот факт, что из наших с Киром отношений вполне спокойно может появиться крошечная жизнь.