За точкой невозврата. Полдень битвы

Если сравнивать русское наступление на Эстонию, Латвию и Литву с планом операции «Гельб», в результате которой в сороковом году была разгромлена Франция, то разницу можно разглядеть только в мелких деталях.

– За последний год, – сказал Майк Помпео, – две этих системы – русская и большевистская – срослись и проникли друг в друга гораздо сильнее, чем предполагалось изначально. Это не значит, что у Советов по ту сторону Врат реставрируется капитализм, а в России на нашей стороне хоть что-то движется к социализму, но, несмотря на эти идеологические разногласия, взаимная конвергенция двух русских государств налицо. Нам достоверно не известно, какие изменения в своем государстве произвел мистер Сталин, но изменения в политике путинской России видны невооруженным глазом. Такой вакханалии патриотических чувств и имперских амбиций на всем протяжении истории постсоветской России не было еще никогда.

– Вот это для нас страшнее всего, – сказал президент Пенс. – Прежде мы могли бы попытаться аннулировать победы русской армии через внутренние беспорядки, и именно поэтому русская операция в Грузии была спешно свернута еще до того, как там был достигнут решающий результат, а восстание пророссийских сил на востоке Украины вылилось в затяжную войну повстанцев с правительственными войсками. Но теперь, в связи с консолидацией вокруг мистера Путина русского бессознательного коллективного «Я», эта возможность утрачена нами навсегда. Не так ли, миссис Хаспел?

– Да, это так, мистер президент, – подтвердила директор ЦРУ. – В настоящий момент все наши потенциальные агенты влияния, способные организовывать вокруг себя массы недовольных, либо покинули Россию, либо превратились в пустое место, утратив последние остатки своего влияния. Конечно, в российских элитах еще имеются люди, которым не нравится нынешний курс их государственного корабля, и таких людей, входящих в политические группировки «Либералы» и «Технократы», в московских властных и околовластных кругах еще немало. Но и они понимают, что любая попытка прямо или косвенно изменить направление движения России приведет их к столкновению с тем самым беспощадным бессознательным коллективным «Я» русского народа, а в итоге к тому же, к чему уже пришел господин Чубайс.