За точкой невозврата. Полдень битвы

Мы можем помочь вам материально, дать денег, оружия, добровольцев (которые сами решат, где и когда они будут умирать), также мы можем принять у себя ваших беженцев, ищущих спасение от русской агрессии, но прямое участие наших армий в войне против русских исключено.

– Если в войне против русских будут принимать участие только неядерные государства Европы – это одно, – вкрадчиво сказал Джереми Хант, – а если все НАТО, включая Францию, Великобританию и Соединенные Штаты – совсем другое. Второй случай русские могут воспринять как угрозу собственному существованию и, согласно своей военной доктрине, перейти от конвенционального бокса к ядерным боям без правил. Неужели вы хотите, чтобы рассекающие удары вглубь вашей территории предварялись ядерными ударами, что будет неизбежно при участии в боях всего блока НАТО?

– Уступая нам в обычных вооружениях, русская армия значительно превосходит НАТО в тактическом ядерном оружии поля боя, – изрек Майк Помпео, – что сделает ваше поражение быстрым и до предела разрушительным, а мы все равно не сможем вам помочь, потому что из-за наступившей эпидемии закрыли себя на карантин. Чтобы избежать угрозы применения противником ядерного оружия, мы предлагаем вам объединиться в оборонительный союз вне НАТО и выстроить единый фронт от Баренцева до Черного моря – и тогда даже русской армии придется постараться, чтобы вас разгрызть. В противном случае вам даже некуда будет бежать, потому что и Западная Европа. и Америка будут так же сожжены ядерным огнем, как и ваши территории. Если вопрос будет стоять таким образом, то мы скорее махнем рукой на все и отступим, чем будем драться насмерть за то, что, по мнению большинства американцев, не стоит и выеденного яйца.

– А вы уверены в том, что, если мы будем сражаться одни, без НАТО, русские не пустят в ход свою ядерную артиллерию и тактические ракеты с атомными боеголовками? – спросил Клаус Йоханнис.

– Да, – подтвердил Майк Помпео, – в этом мы полностью уверены. В отличие от нас, русские всегда держат свое слово, даже если это в настоящий момент идет им во вред. Кроме того, в рядах их чиновничества и военных достаточно функционеров, питающих ностальгию по былым временам и испытывающих иллюзию, что однажды этот конфликт завершится вничью, и тогда они снова смогут ездить на свои любимые курорты Ниццы и Куршавеля. Несмотря на то, что такого не случится никогда, эти люди будут сдерживать пыл своих более радикальных коллег и не дадут им развязать на территории Европы ядерный конфликт.