Невеста для кронпринца

Так что хватит уже ломаться!

И сделал ко мне еще один шаг.

На это я холодно и спокойно уставилась ему в глаза, надеясь, что мой взгляд выразит все то негодование, которое я испытывала к этому молодому и заносчивому лорду. А еще я чувствовала к нему отвращение — надеюсь, это тоже было написано на моем лице, потому что я не собиралась ничего скрывать!

— Вас ведь отправил отец, не так ли? Наказал произвести на меня должное впечатление и сделать это любой ценой, хотя причины я пока еще не понимаю. Зато я прекрасно понимаю, что вы от меня не в восторге, как и я от вас, лорд Максвелл! Но приказ-то нужно исполнять!.

. Правда, вы не сказать что особо стараетесь, так что я с прискорбием должна вам сообщить, что вы потерпели сокрушительный провал. Вам стоило попробовать другими способами, но даже они бы не привели к желаемому результату!

Заявив это, я подхватила юбки и ушла, так и не став оборачиваться, хотя он что-то говорил мне вслед. Поспешила прочь по дорожке, подумав…

Зря я сказала ему о других способах.

Вдруг Эванс Максвелл и правда попробует?!

Роланд поджидал меня в беседке.

Завидев, как я приближаюсь, принц вышел мне навстречу. Одет он был в темно-синий камзол, облегающие брюки и высокие сапоги, и я, опять же, поймала себя на мысли, что снова начала сравнивать двух братьев.

И в который раз пришла к выводу, что издалека они удивительно похожи.

Главное отличие, конечно же, было в цвете глаз и прическе. Но после сегодняшней прогулки с Кироном мне стало казаться, что он был более привычен к физическим занятиям, чем его старший брат, потому что Кирон выглядел крепче и мускулистее.

К тому же у Кирона оказалось куда более загорелое лицо, без залегших под глазами тревожных теней.

Именно таким — немного усталым и придавленным грузом ответственности — в нашу вторую с ним встречу предстал передо мной Роланд Годдарт.

Впрочем, отличались братья не только внешне. Опять же, если внутри Кирона бушевали нешуточные страсти, грохотал гром и били молнии, из-за чего он казался мне порывистым и подверженным действиям под влиянием эмоций, то Роланд на его фоне был самим спокойствием и любезностью.

Или же он слишком хорошо — куда лучше своего среднего брата — научился скрывать то, что у него на душе?

Этого я не знала, но с радостью поспешила Роланду навстречу. Затем, поздоровавшись, поклонилась и с улыбкой вложила свою ладонь в протянутую им руку, позволив увести себя в увитую алыми розами беседку.