Чужая невеста. Право первой ночи

Даже его младший брат так не напугал меня вчера, явившись требовать плоских утех.

Прям из огня да в полымя…

Везёт же мне, ничего не скажешь!

– Что ты там мычишь? Разговаривать разучилась? – еще больше хмурится мой мучитель, а я, дурочка такая, успеваю отметить в своей дурной голове, какой он мужественный в своей кожаной косухе и с собранными на затылке волосами. Ну не дура ли? Мне тут откровенно угрожают, а я думаю о том, какой этот угрожающий моей жизни мужчина привлекательный. Можно подумать, я парней никогда не видела!

Просто контакта с ними не имела. После того как насмотрелась на жестокость отца по отношению к женщинам, мужчины во мне вызывали один лишь негатив и отвращение.

– Он ко мне приставал! – наконец возмущенно выдыхаю я.

– И? – приподнимает он нахально бровь, словно приставания к нежелающей этого девушке были для них в порядке вещей.

– Я не хотела! – сама не зная, на что надеясь, говорю я.

– И поэтому ты решила, что ударить Алима по голове – хорошая идея? – прищуривается Джавед.

– Я уборщица, а не… – пытаюсь подать я голос, но снова тушуюсь под взглядом его темных глаз.

– А не кто? Ты будешь тем, кем я захочу! Ты долг, который я забрал! – внезапно коброй шепчет он, хватая меня повыше локтей и прижимая всем телом к своему. – Если захочу, ляжешь под любого, на кого укажу! Поняла?

– Не поняла! – сама не знаю, откуда беру я смелость противостоять этому громиле. – Я не девка по вызову! И делать таких вещей не стану! Я не твоя собственность! Если ты думаешь, что ты…

Вот тут-то и случается мой первый поцелуй, которого я сумела избежать вчера!

Жесткий рот грубо прижался к моему рту, и, прежде чем я успела понять и осознать, Джавед начал пожирать меня! Он даже не оставил мне шанса на вздох! Ворвался языком в беспомощный рот и начал в нем хозяйничать!

Сначала я просто застыла, пытаясь осознать то, что происходит. Потом запаниковала и попыталась отпихнуть его, но разве сдвинешь гранитную стену? Кто я против этого детины?

Ему мои тычки как удары комара для слона.

А язык всё глубже погружался в рот. Мне даже казалась, что он достанет до гланд! Ни о каком удовольствии или познании не было и речи, ведь всё, о чем я могла думать, это о том, не зайдет ли он дальше? Если зайдет, я просто сойду с ума!

Ничего я не боялась больше, чем секса. Одна мысль об этом доводила меня до обморочного состояния.