Спасения нет

Так что, судя по всему, еще не развился. Извини.

— Или ваш жилой кластер не хотел давать нам технологий и, в частности, оружия кардашевского уровня, — задумчиво протянула Кандара. — Оно и понятно: люди, шныряющие по всей галактике с пушками для сокрушения планет… не хотелось бы мне жить в такую эпоху.

— Будь у нас оружие, способное уничтожить оликсов, — возразила Джессика, — мы бы его сами применили.

— Ладно, давай попробуем восстановить между нами прежнее доверие — хотя бы отчасти. Двое других, прибывших с тобой и Соко, — они кто?

— Лим Танью и Дати Гоуда.

Дати месяц назад была в Южной Африке. Лим на Тяньцзине в системе Траппист. Ты довольна?

— Месяц назад?

— Мы не поддерживаем постоянного контакта, Кандара. Ген 8 Тьюринг способен отследить такие связи.

— И то верно. А теперь они выйдут на связь?

— Думаю, да, как только начнется вторжение.

Кандара велела Сапате вывести на линзы основные новости. Об оликсах пока не говорилось, и она приказала альтэго отслеживать все их упоминания.

— Когда вы все прибыли?

Джессика улыбнулась.

— В две тысячи сто шестьдесят втором. Шлепнулись в пролив Бигля. Зараза, какая же холоднющая там вода! Такого купания девушке хватит на всю жизнь.

— Где же доставивший вас корабль?

— Его больше нет. Для выполнения функций и маневров расходовалась и преобразовывалась его масса. После того как он спустил нас сквозь атмосферу, от него ничего не осталось.

— Удобно, — пробормотало Трал.

— Вписаться в человеческое общество нам удалось без особого труда.

Вы передавали в эфир множество сюжетов о преступниках и секретных агентах. И документальные материалы. После этого я легко придумала себе правдоподобное прошлое.

— Ты училась ремеслу по художественным фильмам? — рассмеялась Кандара.

— Отчасти да.

— Так что, все эти метания между Утопией и Универсалией были для отвода глаз?

— В основном. Иммигрантке охотно прощают невежество, и на новом месте не оказывается родственников и старых друзей, которых тебе положено помнить.

Твое личное прошлое таково, как ты рассказываешь, и подкрепляется официальными досье — они все были поддельными.

— Матерь Мария! Ну, меня ты одурачила — и не один раз, сама знаешь.

— Извини, если тебе это обидно. Под протокол: мои к тебе дружеские чувства неподдельные. Ты мне нравишься, Кандара.

— Значит, ты испытываешь настоящие чувства?

— А как же? Они — неотъемлемая часть самосознания. Эмоции управляют большей частью человеческих реакций.

— Любопытно.