Я - ваши неприятности

Поразмыслив, сказала укоризненно:

— Все-таки мне кажется, что Юра вас послал не со мной драться. Вы бы ему позвонили и уточнили на всякий случай. Он вам голову оторвет.

До него дошло. Он притормозил и свирепо на меня посмотрел.

— Чего? — спросил хмуро.

— Чего-чего, — передразнила я, — убери руку.

Он машинально отпустил мой локоть, а я, не дожидаясь, когда он опомнится, задвинула ему каблуком по колену и припустила бежать. Удар вышел так себе. Парень скорее пребывал в изумлении, чем был серьезно ранен. Но быстро справился с собой и бросился следом. На счастье, веселый вечер или ночь не прошли безнаказанно: краснолицый задыхался, а физиономия теперь напоминала пылающий костер. Я не сомневалась: по прямой он меня ни за что не догонит. Но потребуется время, чтобы отпереть машину и надежно в ней укрыться. Это очень беспокоило.

Как оказалась, переживала я из-за пустяков. На бегу доставая ключи из сумки, свернула в проулок и нос к носу столкнулась с парнем из “восьмерки”. Он ласково сказал:

— Ку-ку. — Улыбнулся и дернул меня за плечо. Так, что я буквально влетела в забор.

Тут я увидела и второго, он стоял напротив и ждал. Кого, догадаться нетрудно. Краснолицый успел поменять цвет и стал сиреневым, вывернув из-за угла. В воздухе что-то мелькнуло, по виду газета, свернутая трубочкой. Правда, я сомневаюсь, что от удара газетой краснолицый толстяк рухнет как подкошенный. Парень над ним наклонился, обыскал и извлек пистолет. Я ахнула и пожаловалась:

— Он ко мне приставал.

— Разберемся, — кивнул парень. Я терялась в догадках, кто они. Гадать пришлось недолго. Меня взяли под руку и повели вдоль забора. Второй парень оставался возле поверженного врага и курил с видом полнейшего равнодушия. Мой конвоир открыл калитку в заборе, и мы очутились в яблоневом саду. Не хотелось верить, что в таком месте со мной случится что-то недоброе.

Мы подошли к дому, я терялась в догадках и пыталась сориентироваться. Все оказалось проще простого: мы находились в доме того самого Паши, за которым я так неудачно следила. Конвоир втолкнул меня в комнату в полуподвале с газовым котлом у стены и удалился. Пока я приходила в себя и осматривалась, он вернулся, но не один, а вместе с дружком и краснолицым. Последний едва передвигал ноги и глухо стонал. Замыкал шествие сам хозяин дома, то есть Паша.

Краснолицый грузно осел в углу. Я замерла у крохотного окошка, надеясь, что своим криком смогу поднять на ноги всю улицу Вишневую. Но особого оптимизма уже не было.