Я - ваши неприятности

Было приятно познакомиться. Только вы плутовали, Сережа, Илья Сергеевич нас не знакомил. У меня хорошая память на лица, но вас я так и не вспомнила.

— Обманул. Решил, если не совру, вы со мной разговаривать не захотите. Злитесь?

— Нет, я люблю поболтать, а все мои здешние знакомые делами заняты. Так что спасибо за компанию. До свидания, — я протянула руку.

Для него это было делом непривычным, он осторожно пожал ее, глядя на меня с легкой грустью.

Я направилась в парикмахерскую, слыша, как отъезжает машина. Конечно, я была далека от того, чтобы доверить свои волосы совершенно незнакомым людям, но на какое-то время здесь стоило задержаться: что, если Циркач решит понаблюдать за мной? Я сделала маникюр. Смотрела в окно, там не было ничего интересного, и пыталась предугадать следующий шаг Правдина. Гадала я напрасно. Он поступил проще: отъехав на десяток метров, ждал меня в тени тополей. Сделав вид, что не замечаю его машины, я стала переходить дорогу. Он вышел и громко позвал:

Изобразив некоторое удивление, я прошествовала ему навстречу и сказала:

— Сережа… Вы не уехали?

— Решил вас дождаться. Ничего? Не очень надоел?

— Вы мне совсем не надоели, просто неудобно отнимать у вас столько времени.

— Этого добра у меня полно, — заверил он.

— Что ж, — засмеялась я. — Тогда вы, может быть, отвезете меня домой, то есть к Илье Сергеевичу. Он обещал быть к обеду.

— А почему вы у него живете? Он что, ваш… друг? — спросил Циркач по дороге.

— Вообще-то он хороший знакомый моей тетушки, я его знаю несколько дней, но… — Тут я изобразила некоторое замешательство. — Получилось так, что мы немного поживем у него.

— С квартирой что-нибудь? — задал он вопрос, голос звучал вполне невинно. Актер Сережа был неплохой.

— С квартирой? — не поняла я. — А-а, нет, с квартирой все в порядке. Просто… долго объяснять, а история совершенно неинтересная.

— Если я лезу не в свое дело, вы так и скажите, не стесняйтесь.

Я засмеялась, вслед за мной засмеялся и он. Тут мы подъехали к дому Тарханова. Перед воротами стояла “мечта бандита”. Саша, с легкой руки Серафимы ставший Негритенком, увлеченно тер лобовое стекло. Заметив меня, он со всех ног кинулся к правдинской “восьмерке”, распахнул дверь и, помогая мне выйти, скороговоркой сообщил:

— Анжелика Станиславна, тетушка ваша вернулась. Сердится, что вы одна ушли.