Непредвиденные встречи (сборник)

Именно в этот момент возле лжекрейсера выросли с разных сторон модули засады, разом затормозились и включили капсулирующие гравитационные генераторы. Гигантское тело мнимого корабля тут же сломалось, все его «ажурные конструкции» – стометровые лепестки-антенны, купола энергокамер, фермы захватов – поплыли, укорачиваясь, и спустя несколько секунд в космосе мчались два белесых шара, окруженные сполохами борющихся силовых полей. Один из сверхоборотней почти сразу вырвался и мгновенно растворился в пустоте, другой почернел, словно обуглился, пытался резкими маневрами вырваться из цепких объятий земных кораблей – мошек рядом с дыней, но что-то мешало ему набрать нужную скорость, сковывало движения. Вел он себя странно: то замирал на месте, распухая в размерах, то сжимался до предела, испуская яркий свет.

– Габриэля работа! – тихо сказал Диего Вирт, сжав зубы и кивая в сторону метавшегося оборотня. В рубках модулей, несмотря на титаническую схватку, стояла тишина, и разговаривать можно было свободно.

– Надолго нас не хватит, – неожиданно тонким голосом отозвался Нагорин, впервые попавший в такой переплет. – Ну и силища у этого чертового мешка!

– Сближайтесь! – прохрипел Пинегин. – Легче будет держать…

Всей борьбой, невидимой, но жестокой, руководили автоматы, но люди были напряжены так, будто это они наносили миллиардоваттные удары шпагами силовых полей и отражали такие же ощутимые выпады противника.

Схватка продолжалась еще некоторое время. Второй раз оборотень испустил тонкие, пронзительно яркие лучики света, пока Пинегин не догадался, что это вторичный эффект направленной ТФ-передачи: сверхоборотень издал призывы о помощи.

– Сейчас будет туго, – сказал Пинегин. – Он зовет своих.

– Где же крейсер? – Вирт возился с передатчиком и бросал яростные взгляды на пустой объем экрана.

Оборотень делал отчаянные попытки вырваться из объятий силовых полей, которыми его окружили модули, но мощности его противодействия явно не хватало. К тому же «проглоченный» модуль Грехова отнимал у него свободу маневра, и он менял форму и метался, как огромный жук, запутавшийся в паутине.

Внезапно Пинегину показалось, что звезды тронулись с небес и ринулись к кораблям, словно брошенные горстью.

– Один, два… семь… девять, – насчитал Пинегин шепотом.

– Держитесь плотнее! – приказал Пинегин. – Переключите кормовую автоматику на отражение новых целей. Идут остальные.