Непредвиденные встречи (сборник)

По нервам людей ударило болезненно и сильно.

Филипп увеличил напряженность защитного поля, стало легче, но в довершение ко всему ему показалось, что он слышит чей-то долгий, тонкий, мучитильный крик, чей-то призыв о помощи, хотя рядом не было никого, кто мог бы так кричать.

Ручьи преодолели расстояние до белых глыб, и те внезапно зашевелились, стали растрескиваться, окутались бурным белым паром… "Крик" захлебнулся, перешел в хрипящее булькание - все это на уровне мысленного приема - и пропал.

Сквозь пар, окутавший ближайший "айсберг", люди увидели золотистый факел огня, осветивший какую-то сложную многогранную фигуру, нечто, вроде груды кристаллов, затем раздался глухой взрыв, и все скрылось в густом фонтанирующем пару…

Словно сделав свое дело, играющие холодным ртутным блеском "ручьи" возвращались обратно, укорачивались, уходили в пухлие нечеткие массивы другого "дымы", бурого. Исчезли. Световые "бомбы" в небе погасли, и стало почти темно. По всей равнине вместо белых "айсбергов" некоторое время светились странные алые холмики, похожие на кучи углей, но и они потухли. Равниной завладела тьма.

Из-за горизонта донесся знакомый рокот, и снова затряслась почва.

– Вот и весь концерт,- пробормотал Томах.

– Пошли назад,- скомандовал Богданов.- Иначе мы рискуем стать мишенями вместо этих "кусков льда".

Словно в ответ на его слова из густой клубящейся тьмы, оконтуренной только фиолетовым свечением небосвода, вылетел серебристый ручеек и направился к попятившимся разведчикам.

– Не останавливайтесь,- хладнокровно сказал Богданов.Быстро на холм!

Друзья повиновались и в несколько прыжков достигли точки выхода - красное кольцо исправно показало дорогу в "тамбур".

Богданов терпеливо дождался, пока ручей пересечет те несколько сот метров от своего облакоподобного обиталища до людей (даже в полусотне метров от него у Филиппа появились болезненные ощущения в позвоночнике и крупных нервных узлах тела), и включил прожектор. Яркий клинок света вонзился в ручей, и тот резко снизил скорость течения, затем остановился совсем. Никита выключил прожектор, подождал и снова включил.

"Озадаченный" ручей попятился и вдруг… загорелся по-настоящему! Все вокруг озарилось дрожащим пугливым светом. В буром "дыму" прозвучали два глухих удара, вздрогнула почва, и люди увидели, как из тьмы на них сначала медленно, а потом все быстрее покатился бурый бесформенный вал.