Непредвиденные встречи (сборник)

Словно в ответ на слова Станислава черная громада вытянулась вдруг в высоту, чуть ли не дотянувшись до низких стремительных облачный струй, попятилась так, что дрогнула почва, и с низким урчанием, от которого завибрировали скафандры, уползла в тень близкой горной гряды. Еще несколько раз дрогнула почва, и все стихло, только ветер продолжал бесноваться в вышине, иногда словно срываясь с цепи и раздавая весомые оплеухи тем, кто внизу под ним цеплялся за неровности почвы.

– Подойдем ближе,- решил наконец Богданов, поглядев на часы.- К защитной завесе.

– Странно все же,- задумчиво сказал Лихолетов.- Почему он не напал? Дарий говорил, стоит им выйти из-под защиты, как маунты бросаются на людей и на технику.

– Вот-вот,- кивнул Томах,- Тут что-то не так… Никита, у тебя есть соображения по этому поводу?

– Первое соображение, наверное,- не стрелять,- не удержался Филипп.- Ведь маунт тоже кинулся к нам, будто хотел напасть… а мы не стреляли. Озадаченный, он не решился на нападение. Может, у работников экспедиции выработался стереотип: мчится на них во всю прыть, значит, хочет напасть.

– Правильно,- сказал Богданов.- И соображение резонное: постараемся и впредь не применять оружия. Дарий мне сообщил…- он замолчал.

Десантники помолчали, ожидая продолжения, но его не последовало.

– Посмотрим,- вздохнул Томах.- Ну что, братцы, устроим иллюминацию? Должен же у них кто-то быть в лагере. Допустим, аэросторож сбит диноптером или стрелком, но автоматика-то защиты наверняка заметит…

Лихолетов вдруг присвистнул.

– Посмотрите-ка на космодром?

Десантники оглянулись на прямоугольник ВПП. Когга на нем уже не было. Вернее, он был втоптан в почву кормой вперед до самого носа, отчего издали казалось, что в центре поля образовалась звездообразная яма, похожая на черную кляксу.

– Можно прикинуть массу маунта,- флегматично заметил Бруно.- Чтобы вмять шлюп в эту землю, надо создать давление примерно сто килограммов на квадратный сантиметр. Отсюда масса маунта должна быть порядка десяти тысяч тонн. Странно одно, почему он не опрокинул шлюп, а вдавил в почву.

Филипп вспомнил когг на "Парящем орле", через который прополз, по словам Дария, маунт. Десять тысяч тонн! Что было бы, проползи он через них?

Богданов хмыкнул и зашагал к границе освещенной зоны лагеря.

Заметно посветлело. Облака все еще продолжали нестись во весь опор, но слой их стал тоньше. Пепельный свет дня возвращался на помрачневшую под ударами стихии равнину.

– Не догадались взять прожектор,- сказал Томах.