Недотепа. Непоседа

 – Но мы можем и подождать, время для нас – ничто. Раз уж Маркель в курсе и отправил сюда своих агентов, то концепция изменилась. Пожмете ли вы протянутую руку дружбы? Согласитесь ли вместе сразиться с Прозрачным Богом?

Все взгляды устремились на Трикса, и он с ужасом понял, что решать придется ему.

– Тогда давай условимся, – сказал Трикс, – что мы не будем чинить друг другу вреда явного и неявного, устраивать помех и ловушек, предавать и обманывать…

– До тех пор, пока мы находимся в Самаршане, – уточнил Гавар.

– И что целью нашей является победить Прозрачного Бога, причем победить – не обязательно означает убить, достаточно удержать его от захвата власти в Самаршане и войн с королевством… и с Хрустальными островами…

– Но это должна быть надежная победа, которая удовлетворит всех нас, – добавил Гавар.

– И после этого мы не будем связаны друг с другом никакими обязательствами, – сказал Трикс.

– И не сочтем наш временный союз основанием для каких-либо далекоидущих выводов, – кивнул Гавар.

– А также ты откажешься от мести Халанбери!

Гавар секунду помолчал, потом кивнул:

– А театр Майхеля прекратит выступать с пьесой «Подвиги Любви, или Морские Приключения Юного Мага»! Точнее… будет еще одно, и только одно, представление, но я расскажу об этом позже.

Майхель вздохнул и почесал затылок.

– Да! – сурово сказал Хорт.

– Что ж, скрепим нашу клятву рукопожатием и поцелуем! – сказал Гавар.

– Нет уж, давай только рукопожатием! – с испугом ответил Трикс.

Гавар расхохотался и протянул закованную в кольчужную перчатку ладонь.

Трикс помедлил секунду, а потом крепко пожал руку витаманта.

– Будем надеяться, что это пойдет на пользу всем нам! – стараясь быть как можно дипломатичнее, произнес Трикс.

– Вообще-то я полагаю, что больше всего это пойдет на пользу Великому Визирю Аблухаю, – насмешливо сказал Гавар. И посмотрел на Сутара: – Не так ли, шут? Именно так вы и замыслили?

– Ну что вы, – сказал шут. – Аблухай – добрый друг искусств и мирный человек.

Он совершенно чужд придворных интриг.

– О, как и все мы! – кивнул Гавар. – Как и все мы…

Майхель, напряженно о чем-то размышлявший, внезапно с недоумением воскликнул:

– Господа, а как мы-то оказались во все это замешаны? Что мы теперь должны делать? И кто такой этот Прозрачный Бог, о котором они говорят?

– Это самый могущественный волшебник в мире, – ответил Гавар. – Поэтому мы, витаманты, готовы идти на любой союз, чтобы остановить его.