Недотепа. Непоседа

Еще лет десять он работает, чтобы заплатить за обучение. Потом может купить место в гильдии и сам стать мастером…

– Ну а в чем разница? – спросил Карим.

Трикс не нашелся что ответить, сердито засопел и двинулся дальше.

Торговля рабами шла не бойко. Большую часть толкающихся самаршанцев составляли как раз желающие продать себя в рабство. Солидные покупатели приценивались к более экзотическим лотам – чернокожему, которого взяли в плен на каких-то тропических островах, молодым девушкам из какого-то племени кочевников, которых продавал вождь племени – ссылаясь на падеж верблюдов и избыток девиц на выданье.

Как пояснил Карим, купить рабыню – это самый дешевый способ жениться, поскольку собрать достойный калым, выкуп за невесту, под силу не каждому.

– По-всякому делают, – авторитетно объяснял он. – Например, сговариваются родители – один отдает свою дочь за сына другого, а тот свою дочь за его сына. Или человек десять-двадцать так собираются и один калым по кругу передают, пока все не переженятся.

Иногда и калыма-то нет совсем, только пустые сундуки…

– А почему не жениться без калыма, если все на это согласны? – поразился Трикс.

– Что ты! Это позор!

– Обманывать – не позор, а жениться без калыма – позор?

– Конечно! – Карим посмотрел на юного мага с недоумением. – Обманывать – это позор, только если обман откроется. Вот если я тебе продам за золотой королевский талер то, что стоит серебряный самаршанский динар. Это обман?

– Нет, это торговля, – признал Трикс.

– Но ведь если ты узнаешь, что мог сделать покупку в два раза дешевле, за динар, ты расстроишься? Поймешь, что тебя обманули?

– Вот видишь – если обман раскрылся, то всем плохо. Ты переживаешь, что был дураком. Я переживаю, что я жадный обманщик. Все обижаются и грустят! А если обман не раскрылся, если ты доволен покупкой, а я деньгами – все довольны!

– Так неправильно, – сказал Трикс. – Получается, что обманывать – это хорошо!

– Иногда да, – усмехнулся Карим.

 – Вот я утащил у отца монетку и купил сладостей. Допустим! Если отец не заметил – все довольны. Если отец заметил – он расстроился, я три дня хожу и сесть не могу, соседи смеются – купца Васаба родной сын обманул!

– У нас все по-другому, – сказал Трикс, но поневоле задумался.

Рынок рабов ему уже наскучил. Здесь все оказалось вовсе не так ужасно, как он подозревал, но почему-то все равно было неприятно.