Недотепа. Непоседа

Ободренный караванщик подошел поближе и внимательно осмотрел Трикса.

– О, не являющийся драконом отрок… ты миловиден лицом и довольно жилист, но не производишь впечатление свирепого воина. Что же ты делаешь один посреди страшной пустыни, где тебя может схватить любой честный торговец и продать на невольничьем рынке за двадцать пять серебряных динаров?

– За двадцать, – поправил караванщика племянник.

Триксу это уточнение почему-то не понравилось.

– Я прилетел сюда со своим драконом, о честнейший из торговцев, – ответил он.

Во взгляде караванщика появилось сомнение.

– О, сильнейший из сильных… не смею подвергать твои слова сомнению, но обычно волшебники делают так… – Он развел руками. – Фьють – и перенеслись в другое место.

– Это если они… то есть мы, спешим, – сказал Трикс. – А чтобы насладиться красотами природы, мы путешествуем неспешно.

Купец оглянулся на бескрайнюю пустыню и почесал кончик уха.

– О, сколько мудрости в твоих словах… – со скепсисом произнес он.

Трикс заметил, что охранники стали неторопливо расходиться, окружая его кольцом. Ну, ладно, не кольцом, треугольником, но Триксу стало как-то не до геометрии.

Он достал из-под мышки магический посох и что было силы треснул им по песку.

Эффект был неожиданный. Как правило, посох преспешника при ударе о землю светится, искрит и издает шипящие звуки – в общем, эффект примерно такой, словно колотишь о землю тлеющей палкой и случайно попадаешь по змее. Но при соприкосновении с песком оазиса – то ли из-за непривычной поверхности, то ли из-за иного уровня магии в почве, то ли из-за долгого проживания в этом месте драконов – посох повел себя необычно.

Из земли струей ударил чистейший родник, посох в руках Трикса изогнулся и зашипел, а росшая рядом пальма покрылась цветами.

Охранники убрали руки с сабель и сделали вид, что прохаживаются, разминая затекшие ноги. Племянник караванщика принялся чистить верблюда. Караванщик выпучил глаза и произнес:

– О, наказание моих грехов… ты и впрямь великий маг!

Трикс, опасливо поглядывая на посох, кивнул.

– О, добрейший и снисходительнейший… – Купец помедлил. – Дозволено ли мне будет обращаться к тебе без междометия «о» в начале каждой фразы и цветистых эпитетов?

– Конечно, дозволено, – согласился Трикс.

– Спасибо большое, – кивнул караванщик и протянул Триксу руку. – Скрепим наши добрые отношения рукопожатием?

– Ну… давай… – Трикс обменялся с купцом рукопожатием.