Недотепа. Непоседа

– Я читал в летописи, что Маркель Разумный остановил войска вблизи Дахриана и заключил мир только по своей доброте и нелюбви к кровопролитию! – ахнул Трикс.

Дракон только фыркнул.

– А третий раз? – спросил Трикс.

– А он случится после того, как Алхазаб придет к власти, – сказал Элин. – Мы все отправимся воевать. У нас другого выхода нет, долг чести, сам понимаешь. Мы вас всех пожжем, а вы нас всех убьете. И останется только Алхазаб со своей армией.

– Так надо что-то делать! – воскликнул Трикс. Ему очень ярко представилась жуткая картина – тысячи драконов, пикирующие на города, поливающие их струями пламени… несущиеся навстречу драконам стрелы и заклинания… а вдали, в безопасности, ожидают своего часа свирепые воины злобного Алхазаба.

– Конечно, надо! – поддержал его Элин. – Вот потому я и решил позвать на помощь Щавеля. Ну, не получилось со Щавелем – получилось с тобой. Тебе и придется что-то придумать.

Тягостнее всего было лететь последний день. Они мчались над пустыней, широкие крылья дракона ритмично молотили воздух.

Трикс, конечно, уже не прятался в мягкой шерсти под чешуей – он сидел на спине Элина и наслаждался теплым воздухом, бьющим в лицо. Впрочем, солнце грело уж слишком тепло, на голову пришлось нахлобучить капюшон мантии.

– Далеко еще? – разглядывая проплывающие под ними белые руины, затерянные в дюнах желтого песка, спрашивал Трикс.

– Я же тебе говорил – недалеко!

На некоторое время Трикс умолкал, но после очередной дюны или очередной одинокой руинки не выдерживал и спрашивал:

– Почему здесь так пустынно, Элин?

– Потому что это пустыня!

– Как же здесь жить?

– А здесь и не живут.

По пустыне ходят – от оазиса к оазису.

Трикс вздохнул. В его представлении Самаршан был страной жаркой, но при этом зеленой, заросшей таинственными густыми лесами. Пустыни представлялись ему чем-то вроде полянок в лесу, только покрытых не травой, а песком. На самом же деле пустыня оказалась похожей на море. Море сухого горячего песка, с барханами-волнами, с редкими островками-оазисами и древними руинами – остатками забытых кораблекрушений…

– Тебе не нравится Самаршан, – не спросил, а заявил дракон.

– Не очень! Я люблю, когда деревья. Когда речки, трава…

Трикс сказал это и загрустил. Приключения – это хорошо, и когда тепло – тоже здорово. Но пустыня навевала на него тоску.

– Не переживай, – сказал дракон, помедлив. – Здесь не так уж и плохо. Ты не видел, как пустыня оживает весной. Как вечером, на закате, поют дюны.