Недотепа. Непоседа

 – Так… слушай! Ты ведь волшебник! Наколдуй, что ты – ассасин!

Трикс задумался. Потом неуверенно сказал:

– Я однажды наколдовал… что хорошо умею драться на палках. Еще до того, как с Щавелем встретился. И получилось, Халанбери видел. Но ты понимаешь, я же драться-то умел, меня этому учили, я только ленился. А волшебство заставило меня все вспомнить. А ассасинов учат всяким хитрым вещам – как по стенкам лазить, как в тени таиться… Я не знаю, получится ли.

– То есть заклинание работает, только если человек уже умеет что-то делать? – удивилась Тиана.

– Да, – признался Трикс. – Если ты совсем-совсем не умеешь рисовать – заклинание тебя художником не сделает. Если хочешь стать сильнее – хоть какие-то мускулы надо иметь…

– Но ты же играл в прятки! – неожиданно сказал Халанбери. Он сидел на кровати и о чем-то тихонько болтал с Аннет, но, как оказалось, в разговор тоже вслушивался. – И по деревьям лазил! Ты попробуй! Я в тебя верю!

Трикс посмотрел в его большие, невинные, наивные, доверчивые, широко открытые, трогательные… в общем, в его детские глаза и кивнул:

Некоторое время он ходил по комнате, от дверей к окну – пять шагов туда, пять обратно.

Потом набрал полную грудь воздуха и начал:

– Далеко отсюда, в жарких самаршанских пустынях, среди черных скал, обточенных ветром и раскаленных солнцем, стоит известная на весь мир Школа Ассасинов «Таящаяся Гадюка». Управляет ею древний старец учитель Абв – говорят, что нет в мире человека, способного победить его в бесчестном поединке.

Беспомощными младенцами привозят в нее учеников и начинают обучать тайным искусствам ассасинов. Их раскачивают в колыбелях, которые бьются о стену – чтобы они умели группироваться при ударе. Их растягивают за руки и за ноги на веревках, крутят и дергают суставы – чтобы они были гибкими и ловкими. Их заставляют носить песок из одного бархана в другой и обратно – чтобы они были выносливыми. Их морят голодом и жаждой – чтобы они были терпеливыми.

Халанбери всхлипнул и закрыл лицо руками. Ободренный Трикс продолжал:

– Их учат делать один вдох в минуту, чтобы не выдать себя дыханием. Их учат владеть любым оружием – от отравленного кинжала и до оглобли от телеги. В пять лет их впускают в комнату, где стоит взрослый воин, – и они должны убить этого воина или умереть. В десять лет их делят на две команды, и одна должна уничтожить другую.