Недотепа. Непоседа

Трикс толкнул дверь, и она открылась.

Взору их предстало зрелище сколь удивительное, столь и неловкое.

Сразу же за дверями, в прихожей, стоял пожилой человек, судя по лицу – простолюдин, судя по роскошной одежде – богатей, не то купец, не то видный мастер одной из гильдий. Под мышкой он держал небольшой сундучок. Чуть дальше сидела на стуле старуха со вздорным лицом, крепко сжимая в руках парчовый кошель. За спиной старухи стоял немолодой лакей. И купец, и старуха бросали друг на друга неприязненные взгляды.

У самого входа в большую залу стоял напряженный юноша изящной наружности, в кружевной батистовой рубахе и штанах с отворотами. У молодого человека тоже был в руках пакет.

– Куда без очереди-то? – возмутился простолюдин, когда Трикс начал протискиваться мимо него. – Я, почитай, с обеда жду!

Из кармана Трикса выпорхнула Аннет и гневно пропищала:

– Смерд! На колени, или обратишься в гнилую корягу! Перед тобой – ученик Радиона Щавеля, великий маг Трикс Солье!

– Так бы и сказали сразу, что маг, – без особого испуга произнес простолюдин.

 – Проходите, ваше право… А пугать честного краснодеревщика не надо! Наша гильдия в городе видная, без нас благородным господам ни колыбели для младенца, ни стола для еды, ни домовины для упокоения!

Старуха ничего не сказала, лишь вперила в Трикса такой недовольный взгляд, что мальчик не выдержал и отвернулся. Сопровождаемый своим эскортом, он прошел в залу, где обнаружил еще ряд совершенно не похожих друг на друга горожан:

смуглого парня с бегающими глазками, прячущего что-то за пазухой,

жмущуюся к матери молодую девицу с зареванными виноватыми глазами,

хмурого стражника, бросающего на смуглого парня подозрительные взгляды,

моложавого музыканта, довольно приятно наигрывающего на лютне и напевающего старинную балладу,

древнего старика, вокруг которого стояли три здоровых мужика, судя по поразительному общему сходству – братья-близнецы.

– Э‑э… – протянул Паклус, оглядываясь. – А Радик-то наш решил поработать… на благо города Дилона…

В этот момент дверь кабинета открылась, и оттуда вышел взволнованный, раскрасневшийся мужчина средних лет. Следом за ним показался Щавель со словами:

– …вы убедитесь, что эффект долгосрочный, в отличие от корня мырдовника и мускусных притираний… Следующий!

Тут он увидел Трикса – и на лице его отразилась искренняя радость.