Недотепа. Непоседа

– Кровь воинственных предков бурлила в жилах рыцаря! – закричал он. – Меч, будто пушинка, порхал в его руках, одним прикосновением рассекая мертвую плоть! И… – в приступе вдохновения добавил он, – так велика была отвага рыцаря и его ненависть к витамантам, что после его ударов зомби умирали окончательной смертью и превращались в лужи отвратительной слизи!

Зомби, которому Паклус только что отсек руку, обиженно посмотрел на Трикса. И – растекся зловонной лужей.

– А ты силен, мальчик, – зловеще произнес Гавар.

 – Что ж, когда я убью вас всех, тебя я оживлю и сделаю своим рабом! – Витамант нахмурился и громогласно произнес: – Страшное заклятие превращало мертвых воинов в зловещую слизь, но даже она продолжала бороться, ползла на врага, жгла живых едкими брызгами и отравляла ядовитыми испарениями!

Лужи слизи, в которую под ударами Паклуса и присоединившегося к нему Хорта превращались зомби, задрожали – и поползли вперед, шипя и брызгаясь.

Хорт, которому на лицо попала капля отравы, взвыл от боли.

– Но яркое солнце светило с небес! – закричал Трикс. – И его животворные лучи сжигали отвратительную мерзость, превращая ее в безобидный серый прах, уже не способный причинить никому вреда, что бы там ни говорил подлый лич!

– Ах, так! – взвыл Гавар, обнаружив, что ряды его мертвых бойцов тают, а ядовитая слизь превращается в безвредный серый порошок. – Ну, погоди! Могучий лич не испугался заносчивых слов юного колдуна! Он нахмурился и произнес самое страшное из известных ему заклятий, призывая со дна моря неслыханное чудовище, истлевшее еще в доисторические эпохи! Вставай же, проклятьем заклейменный! Твой возмущенный разум кипит, ты готов идти в смертный бой!

Шхуна начала раскачиваться.

Вода за бортом забурлила. Что-то огромное и страшное готовилось подняться на поверхность – в глубине уже угадывался неимоверных размеров силуэт, похожий на исполинского спрута.

Трикс задрожал. Попробовать наколдовать еще большее чудовище? Какого-нибудь кита? Или гигантскую белую акулу-убийцу?

– Любимый! – дрожащим голоском прошептала ему в ухо Аннет. – Не стремись состязаться с ним в гигантомании! Поверь, не размер важен!

– Да? – поразился Трикс.

– Конечно! Могучий медведь в панике убегает от стаи отважных пчел!

– Понял! – просиял Трикс.