Казнить нельзя помиловать

- Уверена, что она просто уехала. Эх, как наши телевизионщики лоханулись! У одних семейные драмы, другие вообще играть отказываются. Принцип случайного подбора участников не оправдывает себя. Даже не проверили, что Олег с Танькой живут вместе, увидели разные фамилии и на том успокоились.

Мы еще посидели, потрепались, разогрели в микроволновке магазинную пиццу. Вскоре к нашей компании присоединился Алекс. Первый раз увидел его при костюме. На любом другом эта бледно-лиловая рубашка выглядела бы претенциозно, но с его смуглой кожей и вишневыми глазами - просто класс. Я ничуть не был удивлен его приходом: в этот дом всех тянет. Но не как бабочек на огонь, а как промерзшего путника к теплому камину. Я бы, например, мог здесь торчать целыми днями. Просто так. А он - просто так или не просто так?"

"- Олег запил, - сообщил Леха новость, которую все уже знали. - Звонил мне - в стельку. Переживает. Может, зайти к нему надо было?

- Что толку? - досадливо сказала Лиза. - Мы ему посоветовали заявление в ментовку отнести, а он говорит, неудобно, стыдно, и не примут они, раз ее всего сутки нет.

- И никто ни на минуту не допускает мысли, что Олег ее прикончил? спросила Марина.

- Марусенька, с какой стати Олегу ее убивать? - Лиза пожала плечами. Она ему даже не жена. Если всякий будет мочить надоевшего партнера... Съехал бы на другую квартиру.

- Но он же пьет! Пьяный на все способен.

- Какой из Олега убийца? - Лиза презрительно скривила тонкие губы. Программисты по статистике совершают убийства реже, чем представители других профессий. Мозги у них не так устроены. Если компьютер барахлит, его ведь не станешь разбивать молотком, правда? Просто перезапустишь Windows.

- А покончить с собой она не могла? - спросил Алекс.

- Могла, наверное, - вздохнула Лиза. - Она, если честно, малость того. Ой, Лешка, ты ведь не слыхал, какую она историю рассказывала по пьяни. Будто бы она своего первого - то есть, собственно говоря, единственного, мужа мыслью убила...

Пока Лиза пересказывала Татьянины душераздирающие бредни, я не спускал глаз с Лехи: мне было очень интересно, как он, с его склонностью к ""метафизическим"" объяснениям, отреагирует на эту информацию. Я хотел понять: была ли в его словах об иных мирах реальностях хоть крошечная доля искренней веры, или же он, как все присутствующие, сделал актерство и стеб единственно приемлемым для себя стилем общения. Хотел понять, но не смог.

Неужели Татьяна действительно покончила с собой? Что ж - уважаю. Уважаю самоубийц.