Любить нельзя

Еле сдержала в себе желание провести по ним пальцами, чтобы удостовериться в своих мыслях.

Красиво. Притягательно. Опасно.

– Покажи сообщение, – холодно произнес Марк, опуская руль и поворачиваясь ко мне. Видеть в его глазах стужу было немного боязно. Я сделала что-то не так?

– Держи, – открыв злополучное послание, передала смартфон.

Марик не стал брать телефон, обхватил мое запястье, одним прикосновением обжигая чуть ли не до костей, и, приблизив мою руку с гаджетом к себе, вчитался в написанное. Затем включил видео.

Судя по его сжатой челюсти и "ходящих" желваках, он сильно разозлился. Да что там, впал в ярость. Но его чувства относились не только к моему обидчику, но и ко мне.

– Полина, – Марк отпустил мою ладонь, повернулся ко мне и, заглядывая в глаза, уточнил: – Еще раз: тебя шантажировали, а ты, лишь бы мне не говорить, избегала и вообще поехала в клуб искать приключений?! Я правильно понял?

Я немного стушевалась. Как-то в моей голове все выглядело куда более логично.

– Шикарная логика! Я балдею просто! – восхитился с иронией брат.

– А ты сам вообще меня игнорировал кучу лет, забыл? – нашлась я. – Так что не надо мне про логику, у меня отличный пример перед очами.

– Ну да, ну да, это из серии "я дура, но ты дурнее".

– А что, нет? – я пожала плечами. – Ты дурак, а я дура. Звезды сошлись.

– Согласен. Я полный дурак, а ты глупенькая дурочка.

Мило. Кто-то "зайчики" и "котики", а мы "дурак" и "дурочка".

– Такого словосочетания не может быть, Марик, – фыркнув, покачала головой. – Это тавтология, а на простом языке – масло масленное.

– Не волнуйся, как показывает случай – все может быть, – мрачно утешил меня он, потягиваясь за косухой, брошенной на заднее сиденье.

– Ты куда? – удивленно спросила, наблюдая за тем, как брат натянул куртку и вытащил ключ зажигания.

Он ответил не сразу – взял телефон, что-то там посмотрел и только потом сказал:

– Проветрюсь немного и пройдусь до магазина. – Мой закономерный вопрос о том, что буду в это время делать я, он явно предвидел, потому продолжил: – А ты тихо посидишь в машине и подумаешь о том, как научиться не влипать в неприятности.

Прелестно! Просто прелестно! Нет бы успокоить меня и заверить, что все будет окей, и тот "доброжелатель" не успеет ничего отправить папе! Я уже готовила тираду, полную возмущения, как Марик внезапно спросил:

– Тебе что-нибудь купить?

Уже не язвительным или холодным тоном, а как-то мягко, тепло и… уютно.