ЗОНА НЕДОСТУПНОСТИ

Все чепуха! Возьмем девчонок из дансинг-холла, пригласим Ральфа, Эда, Эринга и майора Кука. Ты мечта­тель, Мак. А я уже освободился от этого. Еще там, в Корее. Видишь эти ложные солнца? Ты любишь сравнения и всякие высокопарности. Так вот. Наше богатство запоминает мне эти лож­ные солнца. Они вроде светят, а толку от них ни­какого. Я мечтал разбогатеть в Корее. А что из этого вышло? Два месяца валялся в госпитале. Ну, а остальное сам знаешь. Я залез по уши в долги к этому проклятому Куку. Он зажал меня в кулак, и не только меня одного.

Сущий дьявол!

—   Майор Кук деловой человек,— мягко заме­тил Джекобс.— Все берут у него взаймы под не­высокий процент.

—   Невысокий процент! — взъярился Ол­брайт.— Тридцать процентов! С меня он лупит тридцать процентов. Мелкая дрянь, ростовщик, шкурник! Я задушил бы его вот этими руками!

—   Нужно меньше пить,— назидательно сказал Джекобс.

— Я напиваюсь только по большим праздникам.

—   Все пьют. Пьют и развратничают. А чем я хуже других? Здесь иначе нельзя. Околеешь с тоски.

Думаешь, Кастнер пустил себе пулю в лоб от хорошей жизни?

Джекобс безропотно выслушивал этот поток ругани. Он привык к необузданному нраву сво­его товарища.

Внезапно Олбрайт застыл с раскрытым ртом. Джекобс проследил за его взглядом и вздрогнул: в небе появилась темная точка. Вначале оба не могли разобрать, что это такое. Затем Олбрайт уверенно сказал:

—   Вертолет! Направляется сюда,— и дико за­орал:— Рубите канат, олухи! Вертолет русских?

Гигантская стрекоза ярко-красного цвета сде­лала круг над льдиной и скрылась в юго-восточ­ном направлении.

Аэростат, освобожденный от каната, взмыл в небо и скоро исчез из поля зре­ния.

—  Через несколько минут здесь будут истре­бители,— как можно спокойнее произнес Ол­брайт.— Пора сматываться. По самолетам!

—   А как же оборудование? — спросил техник.

—   Всю эту требуху придется оставить. У нас нет времени...

Олбрайт был прав. Следовало поторапливать­ся. Он первым уселся на свое место и стал ждать, когда поднимется в воздух самолет Джекобса.

Но Джекобс почему-то мешкал. В конце концов Олбрайт не выдержал и с руганью выскочил на лед. Перед ним стоял растерянный Джекобс.

—   Не заводится. Не понимаю, что могло про­изойти.

—  Болван! Я не могу больше ждать тебя... Выпутывайся как знаешь.

Олбрайт решительно повернулся к своему са­молету. Но Джекобс схватил его за руку, захны­кал:

—  Джонни! Ты не бросишь меня, Джонни. Ты не имеешь права этого делать. Они схватят меня...

—   Ладно.